И уж не знаю, чем я так обидел чудика – быть может, осквернил таким образом его святыню, но гад надул горловой мешок и неистово заверещал. Я выхватил револьвер и всадил в грудь и голову две пули, однако было слишком поздно – тревога поднята, и до провала миссии остались считанные мгновения.
Стены и потолок вспыхнули голубыми точками – словно гирлянду зажгли. Точки тут же нацелились в мою сторону, и я не придумал ничего умнее, кроме как перепрыгнуть через ручей и попытаться скрыться в соседнем проходе.
Здесь лаз разветвлялся, но язычок пламени из пальца отклонился в нужном направлении, и я поспешил убраться подальше из опасной лежки. Вот только нечисть не собиралась отпускать святотатца так просто. Один гаденыш, прыгая дальше лягушки, обхватил меня за ноги и повалил на пол.
Я навел на раззявленную пасть ладонь и выпустил щедрую струйку пламени, после чего добавил из дробовика. Жар и картечь нанесли полусферическим глазам критический урон, и существу пришлось отступить в спасительную темень.
А вот остальные лишь усилили натиск, силясь отомстить за товарища. Я дергал затвором, как заведенный, разрывая брюха и коля черепа, а мутанты все перли и перли по телам павших сородичей. Дробовик щелкнул вхолостую – кончились патроны, и тут же изрыгнул пламенный жгут трехметровой длины.
Чудовища с воплями откатились, а я попытался повторить трюк, но вместо напалма брызнула тонкая струйка воды, как из детской игрушки.
– Дерьмо… – закинул ремингтон на плечо и взялся за кольт.
Магия подвела, но все же успела напугать жаб достаточно, чтобы те оставили всякие попытки до меня добраться. Однако стоило мне развернуться и припустить вдоль туннеля, как погоня возобновилась с утроенной прытью.
Я как мог отстреливался, но в конечном итоге мне запрыгнули на спину, повалили и принялись грызть. Как оказалось, зубов у глазастых созданий не было – как у черепах, но щипали они так, что справились бы с моим умерщвлением и без клыков.
Пока что гады занимались конечностями, но как только кто-нибудь доберется до горла – тут-то дорога приключений и закончится. И долго ждать не пришлось – самая жирная жаба запрыгнула на живот, пока подельники тянули за руки-ноги, и приготовилась вцепиться в кадык.
Я как мог опустил подбородок, но прекрасно осознавал – без посторонней помощи уже не справлюсь. Мана почти иссякла, тело сводило судорогами от невыносимой боли, и надеяться я мог исключительно на чудо. И чудо случилось – огненный шар со свистом пролетел над головой и взорвался в проходе, испепелив всех тех, кто дожидался своей очереди на пир.
Следом стенки туннеля схлопнулись, как пресс, полностью отрезав путь для возможного подкрепления. Поток воздуха подкинул мучителей под потолок, после чего тысяча черных игл пронзила тварей насквозь. Когда же враги подохли, меня накрыло пушистое одеяло из золотого тумана и полностью исцелило ушибы и ссадины.
– Ваше сиятельство! – Алина склонилась надо мной и похлопала по щекам. – Как вы?!
Показал ей большой палец и улыбнулся со слезами на глазах – никогда бы не подумал, что однажды буду до одури рад видеть ее конопатую мордашку. Тем временем Зарубин и Одинцов подхватили меня под руки и поволокли на выход, как подстреленного солдата, пока Зых, Валуа и Блок прикрывали с флангов.
– Как студенты? – первым делом спросил я.
– Они справились, – со смесью гордости и тревоги ответила проректор. – И загнали мутантов по норам, так что у нас выкроилась свободная минутка на ваши поиски.
– Премного благодарен… вы подоспели точно в срок.
Через несколько минут, что показались целой вечностью, отряд добрался до внешней бронированной двери. Именно там собрались юные маги, сторожа проход на случай новой атаки чудовищ. Мое появление сначала встретили охами и тихими вскриками, но когда поняли, что я отделался тяжелым испугом, разразились бурными аплодисментами.
Парни и девушки улыбались и не жалели ладони, точно приветствовали любимого актера. Прежде меня не тешили подобными овациями – когда на каком-нибудь школьном мероприятии объявляли мой выход, ученики нарочито хлопали тише и унылее, чем остальным учителям.
Теперь же я купался в лучах искренней радости, и это распирающее чувство лечило лучше любого колдовства. Возможно, впервые за всю жизнь я стал кому-то важен, а это дорогого стоит. Я ощущал себя Печкиным, которому наконец-то подарили велосипед, и ради такого можно и с морлоками сразиться, и с обрыва полетать.
– Поднимаемся в холл, – распорядилась Алина. – Раненых в лазарет, остальным – полчаса отдыха. Заодно узнаем, сколько кристаллов добыли и сверим факты с планом.
Сказано – сделано. Троих пострадавших от взрыва унесли, а остальные встали кругом у весов и принялись выгребать из мешков добытый минерал. И судя по тому, что крупнее горсти добычи не попалось, мы серьезно отставали от графика. А сами кристаллики размерами и цветом напоминали морскую соль для ванн, только слегка светящуюся.
– Девятьсот граммов за два часа, – рыжая озвучила неутешительный итог. – В два раза хуже, чем надо.