Лекс прикинул, как по такому берегу выбираться на сушу, и невольно поежился. Почти отвесные скалы и склизкие от водорослей камни. Даже такие мелкие волны не дали бы уцепиться за берег и утащили бы на глубину. Глядя в темноту пучины, он теперь иначе воспринимал собственные слова о постройке порта. Тут, как говорится, не всякая овчинка стоила такой выделки. Хотя… если бы он поставил перед собой такую задачу, то тротил можно было бы изготавливать на месте, а с ним изменить ландшафт можно было бы без особых проблем. Хотя, зачем ему такая морока? В империи есть удобный порт, а братец пускай сам думает о себе.
- А вон там чаша с пресной водой, - Сканд показывал куда-то вбок, - там родничок и вода прямо сладкая! Ну как? Правда, красота?
Лекс передернул плечами, пытаясь отогнать видение черной бездны, и попытался представить, что это вроде как бассейн на крыше небоскреба. Экзотично и красиво. А главное, совершенно безопасно. Главное не думать, что в таком море могут водиться хищники под стать глубине. Если что-нибудь всплывет, то в какую сторону взбираться? Но Сканд беспечно расстегивал доспехи и сбрасывал одежку прямо под ноги. Монахи, по всей видимости, тоже подумали о возможных хищниках, двое бросились на скалы с разных сторон, и стали ловко забираться наверх, чтобы занять доминирующую высоту, а третий посвистел коротколапым ящерам и стал уводить их по серпантину тропинки.
Шу посмотрел на уходящих ящеров, потом на Сканда и, потоптавшись на месте, отправился к чаше с пресной водой, чтобы напиться. Следом за ним увязалась и самочка. Сканд вначале разделся донага, а потом отправился снимать со спины Шу поклажу. В одной сумке были, по всей видимости, продукты, если судить по тому, как к ней стали принюхиваться ящеры, а в другой были горшочки с плотно замотанными горлышками. Оттуда пахнуло хвоей и чем-то древесным, скорее всего, Сканд подобрал запах мыла, чтобы точно перебить приторно-сладкий запах масла. А если учесть, что мыться с мылом в городе Чани было неприлично, то получается, мыло муженек тащил прямо из дома, а значит, с самого начала планировал эту поездку.
Лекс выкинул из головы все переживания и стал раздеваться. Следов когтей или ошметков чешуи нигде не наблюдалось, а значит, вероятность встретить здесь что-нибудь большое и зубастое была минимальной, да и у Сканда чуйка на неприятности была просто звериной. А сейчас здоровяк сосредоточенно выставлял по краю бассейна баночки и раскладывал в отдалении свернутые простынки, чтобы потом обтереться. И конечно, чтобы закутать его потом как мумию, пока сам будет щеголять с голой задницей!
Вода в бассейне была теплой и неожиданно свежей, по всей видимости, во время ветров волны каждый раз «меняли воду». Лекс спустился со ступенек и лег спиной на воду, раскинув руки. Хорошо! Тихо и спокойно. Вода залила уши и Лекс слушал, как где-то волны бьются о скалы. Как медленное сердце, размеренно и неторопливо. Под рукой всплыла коса, мазнув по боку, и закачалась рядом, как поплавок. Лекс лениво открыл глаза и посмотрел на Сканда, который стоял рядом и, похоже, любовался увиденным. Он открыл рот и что-то сказал, но из-за воды в ушах Лекс его не услышал. Поэтому дрыгнул ногами и встал в бассейне.
- Что?
- Помоешься вначале, или если хочешь, можем поплавать в море, я потом помогу тебе выбраться наверх.
- Помыться, - Лекс перебросил косу на грудь и стал зубами развязывать мокрую ленту, - потом поплаваем, ополоснемся в пресной воде и тогда отправимся в дорогу. Все забывал спросить, а как в пустыне мыться?
- Мы парилки ставим, - Сканд осторожно спустился в воду и, забрав косу, стал расплетать слипшуюся массу, - греем там камни. Вначале все разогреются так, чтобы пот потек, а потом пару ковшиков воды, и прямо мокрым становишься, - Сканд подхватил мыло из ближайшего горшочка и щедро ляпнул его на голову любимому и еще на саму косу, начав сразу массировать, - снимаешь все скребком, и такой чистый, прямо как будто родился заново!
Лекс сразу вспомнил бритых налысо солдат, подбритые виски и шеи офицеров, которые собирали волосы в тугие хвосты на затылке. Только у Сканда волосы были как обычно, по плечи, а еще у Дайриса были побриты виски и коса на голове, которая начиналась ото лба, и как у мастеров Железного города, туго заплеталась как хребет через весь череп и подвязывалась кожаным шнурком у основания шеи. Однако! Стоило пойти в поход, чтобы разобраться, что волосы здесь были, как шевроны в армии. Раньше он на это не обращал внимания. Обычно шлемы служили, как погоны. Гладкий шлем у простого пехотинца, а дальше начинались всевозможные модификации – с острым верхом, «гребешком», «козырьком» или с чеканными крестами на макушке. У офицеров были различные плюмажи: вдоль, поперек, и различные «щетки». Те, кто нес штандарты подразделений, были, как правило, ветеранами и украшали свои шлемы шкурами животных с зубастыми мордами, чтобы страшнее было. Но стоило снять шлемы…
