Сканд сопел от усердия, намыливая ненамыливаемое… Лекс подхватил мочалку мыльного корня и, плюхнув сверху жидкого мыла, стал ожесточенно оттираться от сладкого запаха. Плечи, грудь, руки. Отложив мочалку, вцепился в волосы, пытаясь продраться к корням. Мыло скользило по маслу, липло грязной пеной к пальцам, стекало жирными потеками за ушами, по шее, на вымытую грудь. Сканд прихватил патлы и потянул вниз, смыть полученную массу. Лекс опять погрузился в воду по самый подбородок и откинул голову назад, рассматривая сосредоточенного мужа, который тщательно выполаскивал его шевелюру, как рачительная хозяйка белье.
Вода стала мутно-белой и стала попахивать непередаваемо. Сканд потянул наверх и стал опять намыливать. В этот раз дело пошло легче. Лекс перекинул волосы на плечо и развернулся, чтобы оказать ответную любезность. Подхватил мыло и плюхнул на голову мужу, как крем на тортик. Сканд недовольно поморщился, но только тряхнул головой, чтобы мыло не потекло в лицо. Лекс вцепился в его волосы с не меньшим энтузиазмом и вскоре они синхронно сопели от усердия. Благо, волос у мужа было меньше, но зато из этих сальных сосулек можно было делать рожки. Жалко, что здесь не было понятия «рогоносец», а то на языке вертелось несколько двусмысленных шуточек.
Оставив рожки, Лекс взялся за мочалку и принялся тереть мощную шею и узлы мышц на плечах, груди… А когда дело дошло до спины, пришлось сделать шаг вперед и практически прижаться к Сканду, который, позабыв обо всем, тихо млел, полузакрыв глаза.
Лекс утопил-таки мочалку и стал водить руками по теплому, такому родному телу, изображая мытье. Сколько раз он уже исследовал его и на взгляд, и наощупь, сколько раз целовал каждый шрамик, каждую мышцу, но всякий раз это было, как новое открытие. Проведя рукой вдоль спины, прихватил за задницу и почувствовал ответное движение всего тела, так доверчиво подавшегося навстречу.
Возбуждение поднималось душной волной, когда привлекательный и сильный мужчина с готовностью отвечал на любое движение. Сканд наконец выпустил его волосы и прижался еще ближе, вовлекая в поцелуй. Скользя руками по мыльной спине и заставляя прогибаться под нависающего хищника. Стоило освободить губы из плена, как Лекс по привычке облизнулся, но ощутив мыло, недовольно скривился.
- Фу, мыло…
- Сейчас, сейчас…
Сканда аж трясло, когда он подхватил рыжика на руки и вынес по ступеням из бассейна. Лекс уже прикидывал, как его отнесут к пресной воде, и довольно улыбнулся, ожидая продолжения. Он даже зажмурился в предвкушении.
Но чего он совсем не ожидал, так это того, что его с размаха закинут в море!
Лекс взвизгнул в коротком полете и попытался вывернуться как кот, чтобы не плюхнуться задницей, но в итоге шлепнулся животом, плашмя, поднимая фонтан брызг и погружаясь в воду в пузырьках, которые сбивали все ориентиры, и хватанув от неожиданности воды в легкие.
- Придурок! - откашлялся рыжик и тряхнул головой, пытаясь убрать волосы с лица.
Сканд ржал наверху, уперев руки в боки, с гротескными рожками торчащих в разные стороны волос. Вот ведь… животное!
Лекс от злости нырнул поглубже. Для начала, чтобы не слышать ржач, и потом, хотелось оглядеться. Он еще в термах понял, что прекрасно видит под водой без всяких очков, и поэтому сейчас с интересом осматривался по сторонам. Вода была хоть и прозрачной, но темной. Насколько глубоко, понять было невозможно из-за бурых водорослей, которые поднимались со дна, зато те скалы, что торчали неподалеку, сходились с основным массивом весьма симпатичной аркой, на которую будет удобно присыпать гравий для начала пирса. А еще радовало, что рядом не было других скал, которые могли бы повредить днища кораблей. А значит, для порта на этом месте все же имелся шанс.
Хотя, о чем это он? Привычка составлять планы, похоже, уже укоренилась у него в этом мире. Дурная привычка, скажем честно, хотя, если здесь окажется Ламиль, то…
Сканд нырнул красиво, рыбкой, с легким шлейфом пузырьков, и сразу развернувшись, поплыл под водой к нему. Остановился рядом и жестом попытался объяснить, что виноват и больше так не будет. Как будто опасался, что Лекс не захочет выныривать. Легкие начинали гореть, требуя вдоха, но Лекс постарался неторопливо подняться на поверхность и всем своим видом изобразить обиду.
- Прости, - Сканд схватил одной рукой, прижался к боку и попытался поцеловать, - прости, я думал, будет смешно.
Лекс оттолкнулся от горячего тела и поплыл в сторону, просто чтобы согреться. Вода в море была на порядок холоднее, чем в прогретом солнцем бассейне, и хотелось разогреть мышцы, чтобы не схватить судорогу от холода. Сканд с удовольствием поплыл следом, резвясь как дельфин. Он подныривал и всплывал снизу, скользя вдоль тела в облаке пузырьков, как кит, глушащий рыбу, гладил ноги, щипал попу, вел рукой по спине, почти касаясь, так, чтобы чувствовался напор воды, но не само прикосновение.
