Я быстро набрасываю текст на русском и даю примитивный перевод на французский. Запечатываю в простой почтовый конверт и подписываю его тоже крайне просто:
«Paris Police Prefecture»
Пока занимался составление доноса, похмелье отступило. Головная боль затихла и затаилась в углу черепа, лишь лёгкой пульсацией напоминая о себе. Можно теперь и чаю покрепче заварить. Сухари где-то лежали. По случаю отравления – ничего, кроме сухарей. Такая диета мне всегда помогала. Вечером смотаюсь в Городок, отвезу Дмитричу письмо. Надеюсь, что он его читать не будет.
Погода стоит по-настоящему осенняя. Небо закрыто серыми тучами, готовыми пролиться вниз холодными потоками. Пока посижу дома, полистаю накопившуюся за последние два месяца прессу. Надо напрячься и вспомнить, что происходило в той прошлой реальности в стране и мире в 1978 году. До сих пор сам удивляюсь, как мне удаётся вспомнить столько разных событий, авиакатастрофы, землетрясения, вооружённые конфликты. Наверное, так действует на мозг сам факт перемещения, обеспечивая доступ к мировому информационному полю. Да, бог с ними с этими новыми способностями. Помогло же? Вот и прекрасно!
Посмотрим, чем нас тут радует молодёжная печать. Так, «Смена» продолжает публиковать свежий перевод Клифорда Саймака. Правда, сам рассказ «Сила воображения» написан ровно 20 лет назад. Кажется, что-то про стимуляцию мозговой активности. Надо будет когда-нибудь всё-таки почитать.
Что тут ещё? Ага! Вот интересная мысль проскользнула. В журнале в качестве передовицы использованы письма читателей, где они предлагают дополнения в новую Конституцию, можно и тут засветиться. Когда там принята эта Конституция? Эх, чёрт! Поздно! Через неделю она уже вступит в действие. Надо раньше чесаться.
Ещё у нас в следующем году 60 лет Октября. Значит, работы оформительской будет выше крыши. Вон, не далее как вчера, Мельников рассказывал, что ему предложили оформить Кировский райком Партии. Он думает, что за оставшийся месяц ему одному не справиться. В прошлом году мы три месяца вшестером трудились над воплощением. И всего-то три комнаты и коридор. А тут три этажа солидного здания. Полную отделку конечно не потянем, но проект вполне можно будет за пару месяцев накидать. Тем более, что в этот раз план БТИ имеется, то есть обмеры делать не придётся.
Успеем, или не успеем не важно, главное – аванс получить и хотя бы к празднику набросать какие-нибудь картинки. Это у Борьки прекрасно получится. Сделает так, что у всех чиновников слюнки потекут. Томку подключим, она быстро объёмы посчитает, смету прикинет, и можно будет материал уже представлять.
Что-то я отвлёкся. Вот ещё идея. Фотоконкурс «Мир молодости страны Советов» как раз для Сармановича тема. Он у нас фотограф? Фотограф! Поэт? – Самый, что ни на есть! Вот и пускай продвигается. Ему даже и снимать ничего не придётся. Он же каждый день на стройке с фотокамерой бегал. Подберёт штук 10 самых интересных кадров, распечатает в требуемом формате и отправит. Вот только работать ему придётся в авральном режиме. Приём снимков заканчивается уже 15 октября. Так что на раскачку времени нет.
Так я листаю страницы, просто выписывая в тетрадку возникающие в мозгу идеи. Воплотятся ли они во что-либо стоящее? Бог весть. Фоном в голове продолжает зудеть мысль о фотоконкурсе. Что-то подсказывает мне, что Паша с этим может не справиться, он же не собирался участвовать ни в каком конкурсе, когда на стройке фотиком щёлкал. К конкурсу надо по-другому подходить. Постановочную съёмку надо. Без постановок чего-то интересного добиться невозможно.
Основная мысль фотографий понятна. Молодёжь планирует будущее. Мальчики и девочки за кульманами, за чертёжными досками, над генпланами… Драматургию кадров надо выстраивать.
Так незаметно проходит день. К вечеру молодой и здоровый организм окончательно справляется с последствиями вчерашнего возлияния и можно отправляться на вечерний променад.
– Не сделать ли мне по случаю свободного вечера сегодня ещё одно дельце? А вот, пожалуй, и сделать! – приходит мне в голову очередная сумасшедшая идея. Я опять хватаюсь за великое изобретение Грэхема Белла.
– Александр Семёнович, здравствуйте, рад вас слышать.
…
Да, работали на стройке весь сентябрь. У вас, наверное, работы накопилось оформительской выше крыши?
…
С огромным удовольствием ударно поработаем. Конечно… Конечно… Договоримся, я думаю. Чего уж там, свои же, можно сказать, люди. Лену можно к телефону?
…
Лена, привет! Муж твой дома? Мне бы с ним поговорить.
…
С тобой тоже с удовольствием, и не только поговорить, гы-гы-гы…, но сегодня хотелось бы с ним. Он на гастролях? Жаль. Тогда придётся с тобой. Выходи, расскажу, а ты уж ему передашь. Только в цветах и красках, мне ли тебя учить?
…
После программы «Время» я спускаюсь к подъезду соседнего дома. Минуты через три выпархивает Леночка в новом модном пальто синего цвета с длиннющим вязаным шарфом поверх него. Под капюшоном виднеется тёмно-синий беретик.
– Шикарно выглядите, мадам Полуяхтова! – Приветствую я старую подружку. – Так и живёте с родителями?
