— Ты сама — огонь, страшный и обжигающий. Ты сводишь с ума, принцесса.
Она это знала, но в том-то и проблема, что ей никого не хотелось сводить с ума. Не страсти она искала, а любви, но вызывала в мужчинах почему-то всегда только страсть и грубость.
Самира поднялась, выпуталась из объятий любовника и подошла к зеркалу, нисколько не стесняясь своей наготы. Она смотрит на него в отражении, на свою воплощенную мечту, и ее раздирают противоречивые чувства.
— Нравится? — как всегда спрашивает он, грациозно поднявшись, встает позади нее, касается губами обнаженного плеча.
— Да.
Разве ей может это не нравиться? То, что он заставляет ее чувствовать. Они только что закончили, а в ней снова разгорается страсть.
— Попроси меня любить тебя, — требовательно шепчет он. — Попроси.
— Прошу.
Ей легко это говорить, ведь это игра. Всего лишь отражение в зеркале. Мираж. Она проснется утром, и они оба будут всего лишь вежливыми незнакомцами, каждый пойдет своей дорогой. Каждый это понимал, и каждый хотел украсть у жизни еще немного порочного огня, страсти, которой скоро уже не будет.
— Прошу, люби меня…
Он касается ее, целует настойчиво, грубо, с привкусом боли, но это нравится ей — его грубость, насмешка в глазах и неистовость во всем. Ей нравилось, как он терзал ее губы, плечи, кусал грудь, сжимал до хруста, а она царапала плечи и стонала от каждого неистового толчка, желая большего, жаждая полета, забыть о себе, о нем, обо всем.
Громкий шум за дверью заставил ее вздрогнуть и очнуться от наваждения. Халиэль тоже напрягся, выскользнул из ее объятий, мгновенно преображаясь. Он успел натянуть только брюки, прежде чем дверь бесшумно отворилась, и страшно удивился, увидев вместо дерзких злоумышленников принцессу Алатею и девчушкуполукровку лет семнадцати, с кучей светлых колечек волос на голове и таким взглядом… он даже опешил, наткнувшись на этот невинный и такой обиженный взгляд.
— Какого демона здесь происходит? — выкрикнула Самира, поспешно запахивая халат.
— Мы твою жизнь спасаем, идиотка! — брезгливо фыркнула Тея.
— Что ты несешь?
— А то, что если бы не мы, вас обоих сейчас бы убивал один жутко разозленный тип.
— Сколько у нас времени осталось? — неотрывно глядя на дверь, и стараясь не коситься на полукровку, тихо спросила Касс.
— Не знаю, пара минут, может, — ответила Тея, пытаясь рассмотреть в замочную скважину, идет ли кто-нибудь по коридору.
— Кстати, после инцидента с подарком у дверей должна была быть стража. Куда она делась?
Вопрос оказался весьма актуальным. Халиэль уже полностью оделся и хотел отправиться за разъяснениями к начальству дворцовой стражи, но Касс очень вовремя преградила ему путь.
— Если вы хотите его поймать, то лучше просто подождать. Он сам придет.
— Да кто придет-то? — злая от непонимания ситуации, бросила Самира.
— Кто-кто? — издевательски протянула Тея. — Вспоминай, давай, кому ты могла так нагадить в жизни, что его ни стены, ни люди, ни стража, ни даже сама смерть остановить не могут. Он жаждет тебя наказать, да так, чтобы ты молила его о смерти. Ну что, никого не припоминаешь?
Принцесса поняла, все и сразу. Это был он — тот, кто преследовал ее, кто подарил ужасный подарок, чьи страшные эмоции чуть не затянули ее в бездну.
— Откуда ты знаешь?
— Мне приходят видения о смерти полукровок, выживших в Кровавых песках. Ты одна из нас. И теперь пришла твоя очередь умирать. Вот демоны! Он здесь! Он идет сюда!
Тея резко отпрянула от двери и быстро создала огненный шар на ладони, но Халиэль остановил ее.
— Идите назад. Я разберусь.
— Но…
— Он нужен живым.
Тея спорить не стала. Она не слишком хорошо знала Халиэля, но Инар бы не сделал хранителем Тариэль абы кого. Да и в силах своих она не слишком была уверена. Мало ли каким даром обладает этот убивец, он ведь…
— Полукровка, — осознала она и поспешно зажала себе рот ладонью.
— Что? — прошептала, придвинувшись к ней вплотную, Самира. — Он — полукровка? Да?
Тея говорить больше не стала, она кивнула. А Самира побледнела.
— Это Мейер, — прошептала она. — Он когда-то был Тенью Дэя.
— И что с ним стало? С чего он решился тебя прирезать?
— Самира с ним случилась, — ответила за принцессу Касс. — Она соблазнила его. Просто так, от скуки. А он в итоге потерял все.
— Ты ничего не знаешь, — прошептала полукровка.
— Ну, конечно, — хмыкнула Тея, оценив равнодушный и полный яда тон Кассандры, приведший Самирку в замешательство, или ее привело в замешательство нечто другое? Тей не поняла, но вздрогнула, когда Самира резко дернулась и закричала:
— Халиэль, осторожнее, его дар — становиться невидимым, он…
Продолжить она не успела, ее горла коснулось холодное, острое лезвие ножа, а ухо обожгло горячее дыхание:
— Ты помнишь меня, моя принцесса? Я рад, что не забыла.
— Как я могла забыть подонка, что меня изнасиловал? — прошипела она, и вскрикнула, когда он надавил лезвием на тонкую кожу.
— Ты сама этого хотела.
— Мне было тринадцать лет!
— Но потом… потом…
— Я хотела, чтобы Дэйтон понял, какая ты мразь!
