Девушка оказалась понятливая и сообразительная. И очень скоро мы уже были готовы окунуться в самый страшный кошмар Теи, а теперь уже и Касс. Но на этот раз, как и тогда с той девочкой-полукровкой из гостиницы, мы были не внутри Самиры, а рядом, обыкновенными наблюдателями. Правда, в тот раз нами руководила Эва, а на этот пришлось действовать самим. И первое, что мы увидели — обнаженную Самиру и принца Дэйтона, расположившегося на ее постели. Тей отвернулась, а я рассмотрела обоих. Одну с невольной завистью и восхищением (Самирка все-таки красавица), а второго с неподдельным интересом.
— Перестань пялиться, — прошипела Тей, поняв, куда я смотрю.
— Да ладно тебе, он же не настоящий.
— Для меня настоящий! — рявкнула подруга. — И вообще, у тебя свой есть, на него пялься!
— Кто ж мне позволит, — с досадой вздохнула я. — Они только угрожать, да гневные письма писать могут, а я может, тоже насладиться хочу… так сказать… зрелищем.
— Ага, я расскажу при встрече брату о твоих тайных желаниях, — ехидно пообещала Тей.
— Даже не вздумай! — испугалась я. Мне клетка рядышком со святилищем Матери вдруг вспомнилась, и совсем не запальчивые угрозы моего… уже не принца — повелителя.
— Тогда не смотри.
— Да не смотрю я, не смотрю. Вот видишь, отвернулась.
Я в самом деле отвернулась и заметила на полу валяющееся платье.
— Красивый цвет, — сказала с завистью, потрогав серебристое нечто. — А на ощупь и вовсе блеск.
— О, нет!
— Что? Что такое?
— Именно в этом платье Самира была сегодня на балу, — с ужасом выдохнула Тея.
— Значит, это будет сегодня?
— Если уже не началось.
Мы вынырнули из видения одновременно и пару секунд просто сидели на полу среди свечей, не в силах сообразить, что делать?
— Ну, что? Когда это случится? — подскочила к нам взволнованная Касс.
— Сегодня, — с неохотой призналась Тей.
— Мы должны этому помешать, — продолжила ее мысль я.
— Как? — выдохнула девушка.
— Мы должны попасть во дворец и как можно скорее.
Дальше все развивалось с неимоверной скоростью. Касс бросилась к шкафу и начала разоблачаться. Тея тоже поспешила к своим сумкам и, не тратя времени на расстегивание многочисленных пуговиц, просто спалила платье на себе, сбросила оставшиеся лохмотья на пол и достала из сумки комплект нашей ученической формы.
А пока подруги переодевались, я нацепила пояс со своими звездочками (подарок деда — единственный, который мне понравился) и засунула в сапог кинжал.
Касс тоже облачилась в мужской наряд и захватила с собой небольшую кожаную сумку травницы. Из этой же сумки она достала склянку с какой-то ужасно вонючей дрянью и, обрызгав нас всех ею, повела по неучтенному в карте коридору к выходу, минуя мужское крыло.
— Это еще зачем? — одновременно с Тей спросили мы, когда начали вонять, как дохлые курицы, да и чувствовать себя также.
— Это чтобы Пембертон не засек.
— Это еще кто? — спросила Тей.
— Призрак, — пояснила я. — Комендант здешний.
— Серьезно? Как Маршал?
— Нет, как призрак. Вы еще познакомитесь. Мировой дядька.
После этого мы замолчали и молчали до самого входа во дворец.
Правда, по пути с нами приключилась одна странность, да даже не с нами, а с каким-то чудаком, решившим ночью прогуляться по заснеженным крышам. Так этот чудак свалился с этой самой крыши буквально нам под ноги и совершенно случайно зацепился за меня, точнее попытался. Мое безумное кольцо сочло это угрозой, и дядьку смело на противоположную сторону улицы. Касс впечатлилась, Тей тоже, а я было побежала извиняться, но дядька оклемался и шустренько так пополз от меня в противоположную сторону с громкими завываниями и клятвами, что больше никогда и ни за что не подрядиться на такую неблагодарную работу. Что это за работа у него такая, осталось загадкой. Но я решила, что мужик пострадал за зря, и все же попыталась всучить ему в руку пару монет. Рука у бедолаги обуглилась. И если бы не Касс с ее чудо сумкой, ходить мужику без руки, а мне с ужасным чувством вины, что оставила кормильца без столь необходимой части тела.
Но предаваться долго самобичеванию мне не дали. У нас дело было важное и не требующее отлагательств. Дальнейший путь мы проделали без происшествий и во дворец попали без особого труда.
И вот там со мной стало происходить что-то крайне непонятное. Это как с Инаром, я просто почувствовала, что мне надо на третий этаж в западное крыло. Что там меня кто-то ждет важный и необходимый мне. Кто-то настолько родной, что…
— Клем, ты чего застыла?
— А? Да-да, иду, — я встрепенулась, но тяга моя не уменьшилась. Наоборот. Я еле ее пересилила и пошла вслед за девочками, пока в какой-то момент просто не остановилась.
«Простите, девочки, но это сильнее меня» — мысленно прошептала я и развернулась в противоположную сторону, даже не дождавшись, когда они скроются за следующим поворотом. Меня ждал мой собственный поворот. Один, другой, третий, лестница.
