— Какой еще клуб? — хмуро переспросила Тея.
— Клуб тех, кого не выносит любимая кошка моего брата. Это Наэль, странно, что он вас еще не познакомил.
— Принц уехал ночью, — на этот раз огорошила Самиру принцесса.
— Как уехал? Куда? И даже не попрощался?
В ответ Тея лишь пожала плечами и попыталась обойти любимицу Дэйтона, но та угрожающе зарычала и встала в боевую позу.
— Пошла прочь, усатая тварь! — рявкнула Сэм. Кошка зашипела и показала белые острые клыки. — Пошипи, пошипи еще.
Давно на цепи не сидела?
Наэль оскалилась, хвост заходил ходуном, но нападать не стала.
Вместо этого громко фыркнула и медленно удалилась, гордо вскинув кошачью морду.
— Ну, зачем же так? — простонала Тея. Она читала о харашши, знала, что это разумные и очень преданные существа, да и принц упоминал, что когда-то именно Наэль спасала его от отчаяния и одиночества. Ему казалось, что он никому не нужен, а тут вдруг появилась маленькая, запуганная харашши, разучившаяся кому-либо доверять. Дэйтон любил ее, и кошка отвечала ему взаимностью.
— А ты хотела стоять здесь до посинения? — фыркнула Самира в ответ. — Кстати, чем ты ее так разозлила? Отобрала любимую кость или на хвост наступила?
— Не знаю, — призналась Тей.
— А может, дело посерьезней будет? Так куда там уехал Дэй?
— Не думаю, что имею право…
— Он мой брат! — рявкнула Сэм, точно так же, как недавно с кошкой. Только на Тею, в отличие от Наэль, ее окрики не действовали. Она лишь скептически выгнула бровь и спросила:
— Брат ли?
Самира поняла намек, но гордячка Тея была нужна ей, поэтому и не бросила ответную колкость, а миролюбиво улыбнулась:
— Ты куда-то спешила?
— Да, то есть, нет, я… — принцесса растерялась, то ли от улыбки старой врагини, то ли от тона ее голоса, то ли еще от чего. Но довольно быстро взяла себя в руки и уверенно сказала: — Я немного заблудилась. Мадам де Лардж не собирается ждать окончания каникул и хочет начать наше обучение. Она даже выбила у леди Амелии учебный класс. Его и ищу.
— Точно, «вобла» говорила что-то об этом, — припомнила Самира.
— Вобла? — удивилась Тея.
— Да, а что такого? Ты, небось, своих нянек похуже зовешь.
— Моя няня — это няня Олена. И иначе, как нянюшка, мы с Клем ее не называем.
— Ах да, — задумчиво кивнула принцесса. Она помнила старую няню-человечку. Как та пекла чудесные булочки с корицей, и они с Клем прибегали на одуряющий аромат, чтобы выклянчить самую первую, самую горячую булочку, разделить ее пополам и с жадностью съесть, запивая парным молоком.
Когда Тейка приезжала на каникулы, они бежали на запах уже втроем, только булочку делили по-прежнему на двоих, а ей доставалась другая. Все также свежая и ароматная, но уже совсем не такая. Она пахла ненужностью, завистью и обидой. С тех пор Самира перестала любить булочки с корицей, а о нянюшке вспоминала с болью и теплотой, как о самом родном человеке из того — сиротского прошлого.
— Из всех лиц прошлого, ее одну я бы хотела увидеть снова, — призналась она скорее самой себе, нежели собеседнице, а вот вопрос задала именно ей: — Как она?
— Не плохо. Сейчас живет в доме моей мамы, присматривает за одной хорошей дэйвой, попавшей в беду.
— Я рада.
— Напиши ей. Думаю, она будет счастлива получить от тебя весточку.
— Не уверена, что это хорошая идея, — осторожно ответила Самира. Ведь няня была чуть ли не единственной в этом мире, за исключением отца, кто знал о ней правду.
— Почему?
— Не хочу вспоминать. И напоминать тоже не хочу. Те часы в подвале… крики леди Мариссы…
— Перестань! — окрикнула ее побелевшая Тея. Она знала, как погибла ее мать, и лишние напоминания до сих пор словно ножом по сердцу — ранили.
— Прости, — впервые, наверное, искренне извинилась Самира.
И как бы она не относилась к Огненной принцессе, сочувствие и сострадание тоже не были ей чужды, особенно когда речь заходила о совместном горе. Ведь она тоже любила и тетю Омарис, и дядю Эвера, и леди Мариссу, которая всегда привозила ей красивые подарки и никогда не забывала о ней. Да и Тея… если бы она не была такой противной задавакой, и не настраивала Клем против нее, тоже нравилась бы ей. Прошлое даже теперь, спустя столько лет, никого из них не отпускало.
— Наверное, вас будут обучать в моей бывшей классной комнате. Это на третьем этаже в западном коридоре через лестницу напротив старой библиотеки. Там еще эти… безвкусные, пыльные доспехи стоят. Не пропустишь.
— Спасибо, — недоверчиво пробормотала Тея, а Сэм усмехнулась. Она бы и сама ни капли не поверила заклятой «подруге», но она в друзья и не набивалась, а вот узнать что-нибудь интересное и полезное о рабе очень хотелось. Поэтому, увидев скептический взгляд Огненной, принцесса понимающе покачала головой и с усмешкой проговорила:
— Идем, провожу.
— Сама дойду.
— Не дойдешь, там поворот хитрый, пропустишь и окажешься в другой части замка. Те, кто это чудо каменное строил — большими шутниками были.
Тея все еще недоверчиво хмурилась, но следом пошла и даже снизошла до ответа, когда принцесса спросила:
— И чего ты бродишь без провожатых? Где твои жуткие подружки? И охрана?
— Жуткие подружки? — удивилась Тея. — Почему?
