Наступила безмятежная тишина, на секунду Ивану показалось, что он остался один во Вселенной. Глядя на черноту Мироздания, расцвеченную сверкающими искорками звезд, Иван внезапно почувствовал себя очень одиноким. Конечно, в любой момент он мог выйти на связь с людьми и даже вернуться на Ковчег, но нахлынувшее ощущение покинутости было таким сильным, что он, не раздумывая включил задний обзорный экран и обернулся. На секунду остановив внимательный взгляд на плазменном выхлопе тормозящих Ковчег двигателей, он облегченно вздохнул и отключил экран.
Все, время, пора принимать дежурство. Иван с облегчением сбросил надоевший шлем, плавно взлетевший к потолку и прикоснулся к пиктограмме перехода на голосовое управление.
— Включить видеосвязь, — скомандовал Иван. Несколько мгновений подождав, пока мигнет светодиод, подтверждая исполнение команды, продолжил:
— Центральная, на связь. — вызывая диспетчерскую, запросил Иван.
Ответ пришел немедленно:
— Центральная на связи. — над видеофоном повис голографический портрет диспетчера.
— Я 3/альфа, нахожусь в зоне патрулирования, все системы работают корректно, дежурство принял.
— Принято — тебе вводная, — раздался немного встревоженный голос диспетчера:
— У курсовой батареи противометеоритных орудий проблемы. Что-то с реактором подкачки, так что он на ремонте. Принимай на себя метеоритную защиту с курсовых направлений. Да, и имей в виду, приближаемся к плоскости эклиптики Бернарда, могут внезапно появиться метеортты! У Санторо за дежурство два проскочило!
— Принято к исполнению, — доложился Иван, досадливо поморщившись, первое дежурство и уже проблемы, не повезло!
Устроившись поудобнее в ложементе, Иван передал управление компьютеру. Если что случиться, комп включит зумер. А пока Иван вытащил из холодильника тубусы с обедом. Он уже поел и заливал еду соком, когда пронзительно тренькнул компьютер. По экрану монитора поползла бьющая в глаза надпись красным «Обнаружен метеорит», одновременно машинный голос бортового компьютера монотонно забубнил:
— Опасность, опасность…
Глаза Ивана удивленно расширились, он отложил сок, тубус поплыл по кабине, подгоняемый слабым потоком воздуха из вентиляции. Пошевелив мышкой, он открыл картинку с данными радара. Навстречу Ковчегу летел здоровенный, весом почти в две сотни килограмм, небесный посланец. Такой камень представлял опасность при столкновении даже для защищенного от неприятных сюрпризов десятками метров скального грунта межзвездного транспорта. В первое же дежурство встретиться с метеоритом, большая редкость. Он растянул губы в довольной усмешке. То, что нужно, — решил Иван. Это хороший шанс доказать что не зря долгих три года его учили на пилота, показать себя, разнеся небесного странника в пыль. Торопливо пролистав директории компьютера, Иван нашел нужный раздел вычислительного комплекса. Через мгновение на экране нарисовалась траектория метеорита, концом упиравшаяся в поверхность Ковчега. Он слегка нахмурился. Несколько мгновений в кабине стояла тишина, потом пилот покачал головой.
В том, что попадет в цель, Иван не сомневался. Немного беспокоило лишь отсутствие практического опыта. Ракетами он стрелял только один раз за все время учебы, и то на выпускном экзамене. Считалось, что реальные пуски с тратой далеко не дешевых ракет вполне заменяют регулярные тренировки на виртуальном тренажере. Его будущий космонавт посещал еженедельно, и обоснованно считал, что причин для волнения нет. Вскоре и вовсе стало не до рефлексий, секунды текли, пора сбивать метеорит.
Отбросив ненужные сомнения, Иван ввел в оружейную консоль код активации торпедных аппаратов. Основным оружием космолета были управляемые ракеты, содержащие две сотни килограммов модернизированной взрывчатки. Их мощности вполне хватало, чтобы разнести в пыль даже весьма солидный метеорит. Главное правильно задать все параметры артиллерийскому компу, а тот обеспечит снайперское попадание. Так что Иван не сомневался в успехе, полный залп — три ракеты, гарантирует поражение цели.
Монитор торопливо мигнул, на экране отобразилась сетка и две концентрических кольца прицельного приспособления. Из гнезда пульта вылез джойстик управления огнем. Блестящая отметка цели, медленно ползла по центру монитора, ниже ежесекундно замелькали цифры, показывающие расстояние до метеорита. Изображение внутри скрещенных прицельных кругов без конца подрагивало, заставляя артиллерийский компьютер, постоянно вносил поправки, удерживая неудобную мишень в фокусе. Наконец метеорит приблизился на расстояние прицельной дальности. По экрану пробежала доклад компьютера «Цель захвачена!». Космонавт холодно улыбнулся и немного рисуясь, нажал кнопку залпа. Но вместо сотрясения корпуса, сигнализирующего, что катапульта выбросила снаряды в космос и яркого сполоха ракетных двигателей стартующих снарядов на обзорном экране корабля, по дисплею торопливо побежала строка с надписью красного цвета — critical error[1].
