Спина Ивана покрылась влажной испариной. «Что случилось?» — забеспокоился он и вновь протянул палец к кнопке. Снова и снова космонавт нажимал на нее, но все бесполезно, ружейная консоль не функционировала. Лишь холодные огоньки звезд насмешливо смотрели сквозь лобовое стекло космолета. Несколько мгновений Иван сверлил беспомощным взглядом дисплей. Такая внештатная ситуация не отрабатывалась за время учебы. Разбираться с неисправностями — это удел технарей. Надо сообщить о поломке в диспетчерскую, мелькнула мысль. Но едва Иван потянулся к сенсору связи, как взвизгнул сигнал запроса на переговоры. Кровь резко, толчком, ударила в голову. Подпрыгнув от неожиданности, Иван сморщился от досады и дал добро на включение связи.
Диспетчер, бледный словно покойник, не поднимая взгляд на собеседника, поздоровался, словно успел забыть, что они уже виделись утром. В его растерянных глазах плескался такой ужас, что Иван невольно вздрогнул. Несколько секунд диспетчер молчал, поднимая взгляд на юного космонавта и тут же опуская глаза вниз, словно в чем-то провинился.
— Иван, — хриплым голосом назвал пилота по имени диспетчер, нарушая все правила радиообмена. На миг остановился, нервно прикусив губу. Несколько мгновений с непонятным выражением лица он разглядывал пилота, потом с натугой произнес:
— Мы не сможем дистанционно устранить неисправность оружейной консоли твоего корабля, только на базе… а по расчету эту чертов метеорит ударит Ковчег в районе пещер с тропическим природным парком через пять минут.
Иван похолодел, сердце в его груди на секунду словно остановилось. Некоторое время диспетчер, смотрел прямо в глаза Ивану, потом выдавил из себя:
— По расчетам метеорит пробьёт броню и разрушит район пещеры с тропическим природным парком. Воспитательница с ребятишками из первого детсада… нашла время, когда там проводить экскурсию. Мы делаем все возможное, чтобы эвакуировать детей, но вряд ли успеем, слишком мало осталось времени. Я ничего не могу тебе приказывать в такой ситуации, но прошу… сделай все возможное. Иначе, придется опустить гермодвери чтобы защитить остальные отсеки корабля.
Диспетчер, обреченно махнул рукой, его изображение медленно рассыпавшись искрами, пропало. Случилось самое страшное, что только могло произойти. Одновременно вышли из строя и лазерные батареи Ковчега, и ракетные установки дежурного космического корабля. Небесный странник при попадании в Ковчег, взорвётся с мощностью сопоставимой с взрывом ядерной бомбы. Если даже кто-то в дальних уголках парка и уцелеет от последствий взрыва, его добьет вакуум.
Сердце гулко забилось в грудную клетку молотом, а время словно остановилось, полилось тягучей патокой. Страшные картины, одна за другой возникли в воспаленном воображении юного космонавта. Безжизненный мертвый лес и распухшие от попадания в вакуум тела погибших детей. Все это будет на его совести, а взять ситуацию под контроль он не в состоянии.
Повернувшись назад к дисплею, Иван несколько мгновений завороженно следил, как мерцающая точка метеорита неторопливо приближается к поверхности Ковчега. Секунды, оставшиеся до столкновения, как вода сквозь пальцы, неумолимо утекали. В заполнившей пилотажную звенящей тишине, громко бухало о ребра сердце.
А в голове у него бился хаос мыслей и намерений. Да как же так! — мысли в голове метались, ускользали, так что юноше было трудно додумать хотя бы одну из них до конца.
Дети, которые погибнут! Невеста — Настя — они договорились встретиться после дежурства…
Матушка, он обещал ей, что проведет вечер дома…
Содрогнувшись всем телом, Иван достал из кармана платок и вытер вспотевший лоб.
Неужели остается только один выход — таран? Это верная смерть, несмотря на совершенство земной техники. Возникшая мысль была страшна и ужасала, но иного способа предотвратить катастрофу космонавт не видел. Думаете легко в двадцать лет принимать такие решения? Он повернулся назад. Все так же полыхал факел тормозных двигателей, все так же молча и неприязненно заглядывали звезды через задний обзорный экран. Иван вздрогнул и отвернулся.
Космолет испариться в плазменной вспышке.
Или он, или дети — кто то погибнет!
Он поднял руку к лицу. Пальцы мелко дрожали, а ладони мокрые, словно кожа лягушки.
Что же делать? — неотвязно бился в голове единственный вопрос.
— А как бы поступил на его месте отец? — задал он себе вопрос. Он его почти не помнил, но отец с детства оставался для него высшим нравственным авторитетом.
— Нет, он бы не струсил…
Иван крепко, до хруста сжал зубы. Это помогло, он, наконец, почувствовал, что способен владеть собой. Рука медленно, но твердо потянулась к джойстику управления двигателем…
Сами, наверное, знаете: в космосе нештатные ситуации возникают на каждом шагу. Чаще всего они преодолимы. Однако случаются и безвыходные, когда спиной чувствуешь дыхание смерти. Выход из такой ситуации иначе как чудесным спасением не назовёшь.
