Когда Борис высадился на Суицидике, бледно-розовая звезда системы только-только поднималась из-за горизонта, счищая полумрак с лица планеты. Темнота судорожно пыталась спастись от лучей света, забивалась в любые щели, таилась, но тщетно: утро победоносно наступало и захватывало все большую и большую территорию. Зрелище было красивое и впечатляющее, особенно если учесть то, что Борис прилетел с урбанизированной планеты-мегаполиса Дейча, столицы сектора Северо-Юго-Юго-Ось, и вживую такие зрелища мог наблюдать только во время календарных отпусков на планетах-курортах Федерации.
Борис наклонился, подхватил свой вместительный походный рюкзак и закинул его на плечо, затем подошел к самому краю посадочной платформы, оставив за спиной гудящий атмосферный транспортник. Ветер тотчас толкнул парня в грудь, но несильно, словно бы знал, зачем он сюда прибыл и предупреждал не пытаться форсировать развитие событий. Хотя по какой еще причине можно прилететь на планету с названием Суицидика, мысленно усмехнулся человек, но от края не отошел.
Ветер продолжал трепать его русые волосы, приятно гладить по небритым щекам, старательно отвлекая от размышлений, и надо признать, что выходило у него это довольно неплохо. Борис с раздражением подумал, что эта банальная заготовка хороша только для клиентов с периферийных планет, где технический прогресс все еще ограничивался грубыми атмосферными куполами над поселениями. А на Дейча моделируемая циркуляция ветра — уже весьма приевшееся удовольствие, впрочем, довольно дорогое. Многие богачи столицы сектора устанавливали такие системы в своих роскошных домах в качестве кондиционеров нового поколения. Конечно, внутреннее пространство даже весьма большого строения не сравнится с пространством стометровой посадочной площадки, и поэтому установка циркуляции влетела строителям в копеечку. Хотя не стоило недооценивать финансовые возможности «Глобал Суицид Корпорэйшн» — организация недавно присоединившейся к Федерации расы саилоков стремительно ворвалась на галактический рынок, предлагая довольно необычные услуги по организации самоубийств в наиболее подходящих для клиентов условиях. Правительство, как ни странно, законодательно утвердило подобную деятельность, и саилоки с завидным размахом оборудовали под нее одну из планет родной системы. Планету претензионно нарекли Суицидикой, а Департамент путей и сообщений занес ее координаты в галактический реестр.
Борис сдержанно усмехнулся. Неужели аналитики корпорации могли сделать вывод, что такие нехитрые уловки с ветром помогут клиентам легче расставаться с опостылевшей жизнью? Подобные потуги даже не смешны, так как грубы и примитивны. Впрочем, если саилоки оперируют чуждой человеческому разумом логикой, то почему бы и нет. Хотя лично Борис, проработавший оперативным журналистом более семи лет в популярном на Дейча голоканале, еще не встречал ни одного разумного существа в Федерации, которое бы могло похвастаться наличием такой логики. К тому же саилоки были представителями гуманоидной расы, и раз их приняли в Федерацию, то система их ценностей и взглядов на существование не противоречила основным постулатам Конституции. Так что же заставило правительство и самих саилоков ввязаться в это сомнительное предприятие? Получение хорошей взаимной прибыли? Но это весьма маловероятно, так как даже невооруженным глазом видны многочисленные ляпы и ошибки корпорации в организации торговли суицидами. Хотя какое мне до этого дело, спохватившись, подумал парень. Ага, чуть не забыл…
Парень поднес ладонь ко лбу и активировал сенсорную кнопку, настроенную на его ДНК-код. Головной обруч из эластичного пластика предупреждающе завибрировал, и Борис почувствовал, как вокруг его головы словно сгустился воздух. Все, теперь ни один медиум не сможет залезть к нему в голову и прочитать мысли без его осознанного согласия. Ведь в информационном буклете «Глобал Суицид Корпорэйшн» предупреждала, что практически треть саилоков имеет паранормальные способности, а Борис по долгу службы привык держать всю личную информацию внутри себя. Поэтому не раз становился журналистом года на родном голоканале.
Глубокий космос, а все-таки красивую планету соорудили эти подозрительные саилоки, неожиданно подумалось Борису. Парень немного наклонился вперед и, вытянув шею, заглянул за бортик платформы. Внизу, метров двести — не меньше, у подножья отвесных скал яростно бились пенные буруны волн. Дальше, насколько хватало взгляда, до самого-самого горизонта тянулась безмятежная гладь океана, постепенно окрашивающаяся в розовый цвет от лучей звезды. Посадочная платформа, на которой находился Борис, длинными металлическими опорами впивалась в медно-бурые глыбы камня. Слева и справа, на небольшом расстоянии друг от друга, виднелись другие такие же платформы, с которых стартовали и на которые прибывали атмосферные транспортники корпорации. Тонкие, на вид невероятно хрупкие монорельсовые дорожки, по которым довольно часто проносились блестящие вагонетки, плавными дугами соединяли платформы в единую систему.
