Самое королевское убийство полностью

– Никогда не видела столько намеков в одностраничном письме. Я почти ждала, когда она скажет, что заскочит к нам утром на чай.

– А нельзя ее пригласить? – спросила Евгения. – Она же может что‐то знать о случившемся.

– Какая мрачная тема для беседы, – сказала королева. – Особенно для близкого к Неду человека.

– Но она хотела приехать. Может, она хочет об этом поговорить.

– Что она хочет, так это экскурсию по дворцу и возможность поглазеть, как мы собираем пазл, – заметил Филип с большой проницательностью, по мнению королевы, особенно с учетом недавнего визита главного констебля.

– Всегда можно пригласить ее и убедиться, – предложила Беатриса.

– Должна признаться, – сказала леди Кэролайн, – мне очень интересно, будет ли она так же прямолинейна в личной беседе, как на бумаге.

– Не уверена, что это та черта, что требует поощрения.

– Стоит отдать должное, хуцпы ей не занимать, – пошел на попятную Филип.

– Ну пожалуйста, бабушка! – взмолилась Евгения. – Бедная женщина скорбит. Мы ее поддержим. Может она приехать поскорее? У нас осталось всего несколько дней, потом нас ждут в шале.

Королева намеревалась проявить стойкость. Она не приглашала людей к себе домой только потому, что они проявили интерес. Если бы она так поступала, ей потребовалось бы помещение размером с несколько стадионов “Уэмбли”. Однако она была снисходительной бабушкой. Возможно, взыграли остатки ее ревности к Джорджине Сен-Сир и Неду. Еще до того, как разошелся графин с портвейном и появилась тележка для коктейлей, она каким‐то образом согласилась позволить семье “оказать поддержку”.

Если не считать, что Астрид Вестовер скрывалась, в ее графике не значилось никаких дел. Она приехала на утренний кофе через сорок восемь часов после приглашения, до того как юные принцессы отбыли на лыжный курорт. Вышла из машины в разноцветной шубе из искусственного меха, в которой девочки сразу признали модный бренд, созданный одним из их друзей, и на мгновение остановилась спиной к дому, не подозревая, что семья наблюдает за ней из окна салона.

– Думаю, она делает селфи, – сказала Евгения.

– Кому‐то придется ей сказать, чтобы никуда их не выставляла.

Когда Астрид вошла в салон, королева была поражена тем, что вблизи она выглядела так же безупречно, как отретушированная модель в глянцевом журнале. Макияж упрощал лицо до кукольной чистоты линий. Лоб был неестественно гладким, а рот напоминал рыбий – королева все чаще замечала этот тренд среди знакомых молодых женщин. Софи Уэссекская сказала ей, что это модная “уточка”, но королева так и не была убеждена, что столь преувеличенные черты предпочтительнее естественной красоты. Ей было интересно, как выглядит Астрид без всего этого. Однако гостья обладала великолепной выдержкой и, окинув взглядом зал, полный членов королевской семьи, присела в глубоком реверансе.

– Ваше Величество. – Королева не ожидала такого глубокого контральто. – Благодарю за приглашение. Я принесла джем.

Астрид порылась в похожей на корзину сумке, которую взяла с собой, и протянула ближайшему лакею две банки с чем‐то клейким и неприятно фиолетовым. Как и многие до нее, она, должно быть, читала, что герцогиня Кембриджская покорила семью своим первым рождественским подарком – партией домашнего джема. С тех пор банкам не было числа. Королева относилась к ним довольно настороженно. Дело в том, что Кэтрин делала действительно вкусный джем, и в этом была вся суть.

– Так вот где Нед провел свое детство, – контральто дрожало от волнения, когда Астрид подняла глаза на гобелены на стенах, балкон и королевские портреты. – Я прямо чувствую здесь его присутствие, представляете?

Королева заметила, как брови Филипа поднялись не более чем на миллиметр. Она надеялась, что родня будет вести себя прилично.

– Он провел здесь не так уж много времени. Очень давно.

Астрид продолжала сканировать помещение и слегка пискнула, когда добралась до пианино.

– Вот и пазл! До сих пор здесь! Нед рассказывал об этом. Он обожал Сандрингем. Для него дворец был такой особенной частью детства.

– Хорошо вы его знали? – спросил Филип. – Я имею в виду, как давно? Он не всегда был фанатом королевской семьи.

– Разве нет? – удивилась Астрид. – Уверена, Нед очень вас уважал. Столько о вас рассказывал. Говорил, вы потрясающе ведете хозяйство. Очень прогрессивно, особенно для людей вашего поколения. Он говорил, что иногда фермеры постарше оказываются впереди, потому что видели все на своем веку.

Филип и королева обменялись взглядами, но Астрид не заметила.

– Не хотите кофе? – предложила королева. – Думаю, в гостиной уже накрыли.

Так и было, кофе ждал со свежим печеньем и пирожными, а также с остальными гостями, которым было так же любопытно увидеть Астрид, как и ей их. Вскоре она уже сидела за одним из карточных столов, грызла лавандовое песочное печенье и вполне уверенно вела беседу.

– Нед говорил, вы много чего поменяли в поместье, – обратилась она к принцу Филипу. – В плане устойчивого развития.

– Он заметил?