Уже на второй день я сказал, что больше 20 минут не выдержу: болела шея и дергался глаз. Каждый раз при заезде на поребрик, голова у меня тряслась, как у китайского болванчика. Потом пришлось записаться в тренажерный зал и качать мышцы шеи. Но, что самое забавное, я все равно оказался на секунду быстрее соперников. Правда, башка потом болела сильно.
Продолжил свою карьеру наш дикарь все в той же «Ф-3000», в другой топовой команде –
К чемпионству добавилось и звание человека, который бросается в атаку в любых условиях: сломанное крыло, полмашины на траве, болид скользит боком – не важно, главное – обогнать. У Железного Фрэнка тем временем отношения с «королевой автоспорта» пошли на спад. Френтцен покинул команду, а Жак Вильнёв отправился создавать собственное чудо на деньги американских табачников. Казалось бы, для Уильямса и его правой руки Патрика Хэда все должно было быть очевидно – берем очередную восходящую звезду, сажаем к нему в пару опытного наставника, типа Алези, и в путь. Но нет, одиозный функционер никогда не искал легких путей. Видимо, британцы верят в то, что в одну и ту же воду можно войти дважды. Раз чемпион «Индикара» Вильнёв смог победить в «Формуле-1», значит и другой чемпион сможет.
Так в
Я занимался физкультурой в Колумбии, когда Фрэнк позвонил мне и сказал, что они подписывают Дзанарди. Он предложил приехать на тесты и подсобить ему, на что я ответил: «Если он настолько хорош и лучше меня, пусть сам и тестится, сколько ему влезет». Правда, Уильямс напомнил о том, что я обязан приехать по контракту. Старикан был предельно убедительным. На тестах я познакомился с Алексом – он оказался нормальным парнем. Вот только я был на взводе и поначалу вел себя как… чудак. Ну, вы поняли. А вечером приехал Чип Ганасси, босс собственной команды в «Индикаре», мы встретились в гостинице, и Чип предложил мне гоняться в Америке. Даже контракт подготовил, понимая, что выбора у меня нет. Тогда мне казалось, что я никогда не попаду в «Формулу-1» – пришлось смириться и ехать в Америку.
На самом деле немаловажную роль во всей той истории сыграл менеджер Хуана Палыча Дэвид Сирс, который с 1992 года неформально, а потом и фактически, занимался делами нашего героя. В его команде
Дэвид решил, что эти предложения не достойны уровня его подопечного и через Фрэнка Уильямса вышел на Чипа Ганасси. Как видим, во многих случаях, все чуточку сложнее, чем простые объяснения участников событий.
В 1999-м Хуан Пабло Монтойя вновь оказался в Америке, теперь он стал пилотом чемпионской «конюшни» Чипа Ганасси в «Индикаре». Причем контракт был заключен на три года – мечтать о «Формуле-1» не приходилось, поэтому Монти сосредоточился на уничтожении соперников за океаном. В итоге семь выигранных гонок и титул в статусе дебютанта. Болельщики Монтойи, которые множились как грибы после дождя, восторгались кумиром и дали ему прозвище Колумбийский Ураган.
