– Да всё мне понятно, – с досадливым нетерпением ответила Лизель. – Вы самый настоящий бука, капитан. Не разрешаете взвеситься, тогда хоть переспите со мной. С условием, что оставите меня на борту вашего дырявого специального корыта.
Крутл аж отпрянул от нахалки. Я видел, что он доведён зеленоглазой ведьмочкой до белого каления и с великим трудом удерживается от того, чтобы не залепить ей вполне заслуженную пощёчину. Крутл заскрипел зубами так, будто его мучили глисты.
– Мне очень жаль, – сказал он серьёзно. – Я сам не мог бы вести себя более мужественно в подобной ситуации. Ради всего святого, не испытывайте моего терпения! Я…
– Я сделала вам деловое предложение, – прервала Лизель неумелые расшаркивания «капитана Шарки». – И жду положительного ответа.
– Сорок три тридцать четыре! – воздевая очи гор
– Зато вам будет приятно переспать со мной, – рассматривая Крутла как неразумную вошь, не отставала Лизель. – И потом, я всегда полагала, что все мужчины проживают по одному и тому же адресу, когда им делают подобное предложение.
– Сорок три тридцать четыре! – в третий раз за вечер произнёс Крутл свою математико-психоделическую мантру. – По этому адресу проживаю не я, а мой непутёвый пассажир. Насколько мне известно, он сексуально озабочен с пяти лет.
– Жаль, не он тут капитан! – саркастически усмехнулась неподражаемая Лизель.
– Благодарите судьбу, что вы проникли именно на мой корабль! – пускаясь во все тяжкие, заорал затюканный пилот. – Если бы вы пробрались на рейсовый звездолёт со стандартной пятёркой экипажа, они сперва накормили бы вас «пирогом с пальчиками», а потом с шутками и прибаутками всё равно выкинули за борт!
– Значит, компромисса не хотите? – улыбаясь как Джоконда, спокойно резюмировала Лизель – казалось, её невозможно выбить из колеи. Она зажгла сигарету и в раздумье сделала две-три затяжки. – Дадут мне здесь взвеситься в конце концов или нет?!! – вдруг завопила она в голос так, что мы с Крутлом вздрогнули от неожиданности.
Несколько секунд Крутл и Лизель играли в гляделки, потом капитан не выдержал и отвёл взгляд.
– Да взвешивайтесь сколько хотите! – сказал он беззлобно, подошёл к дальней переборке и, опустившись на корточки, сдвинул находившуюся вровень с палубой неприметную шторку.
Я не утерпел, любопытство вынесло меня из кресла, чтобы дать возможность наблюдать театр абсурда вблизи. Я занял удобную позицию в метре от вмонтированных в палубное перекрытие весов.
