Я с каменным лицом повозил каретку по направляющим вдоль стола, повращал турель и в заключение репетиции в шутку навёл «дуло» прибора на мерцающий призрачным светом клубок, не в силах направить даже невключённый резак на продолжающего оставаться в обмороке пилота.
– Молодчина! – кинжалом вонзился мне в ухо победный возглас Лизель.
Послышался лёгкий щелчок, и из хобота резака вырвался зелёный, под цвет глаз опутавшей меня бесовскими сетями женщины, тонюсенький луч.
Луч упёрся в шарообразное квазитело карлика Лапца!
Я вскрикнул, дёрнулся и выпустил «гашетку» резака из рук.
Луч лазера беззвучно скользнул сверху вниз.
Меня охватил леденящий ужас.
Клубок-колобок разрезало лучом на две почти равные части, которые опрокинулись на полку для инструментов – точ-в-точь половинки упавшего с пальмы и расколовшегося при падении кокосового ореха!
Глава 24
Я как заворожённый смотрел на влажную дымящуюся требуху, напоминающую свернувшееся петлями тело огромного глиста. Требуха заполняла полусферические скорлупки расчленённого квазитела карлика в точности так, как заполняют мозги половинки распиленной надвое человеческой черепной коробки. Может, это и были мозги плохого парня Лапца, по понятной причине разительно похожие на свернувшегося червя или сучьи потроха.
