– Мистер Грин, позвольте сказать вам просто и ясно – вы должны умереть… И вы умрёте. В этом нет никакого сомнения. Вы допустили колоссальную ошибку, бросив мне вызов. Вы вызвались разузнать то, что ваш умственно и физически искалеченный президент не в состоянии обнаружить с помощью всех своих всемогущих секретных служб. Он хочет перехитрить меня, но никому ещё не удавалось обдурить Иосифа Сталина. Почему? Просто! Потому что никто не может превзойти меня в искусстве лжи. Говорить правду – даже частичную правду – это вернейший рецепт для провала. Вы ведь играете в шахматы. Верно? Игра в шахматы – это столкновение двух интеллектов в попытке обмануть и, в конечном счёте, перехитрить друг друга. Вот так же поступаю и я!.. Вы читали Никколо Макиавелли, не так ли? Вы помните его знаменитые высказывания? «Это двойное наслаждение – обмануть обманщика…», «Лучше, чтоб тебя боялись, чем чтобы тебя любили, – если ты не можешь добиться того и другого одновременно…», «Если ты должен нанести удар противнику, этот удар должен быть настолько сокрушающим, что никакая месть с его стороны не будет возможной…».
Ложь – вот залог успеха! Я скажу вам то, что я никогда не говорил никому за все шестьдесят четыре года моей жизни: я лгу всегда! Я лгу привычно! Я лгал моей первой жене. Я лгал моей второй жене – и своей ложью довёл её до самоубийства. Я лгал Партии. Я лгал стране. Я лгал вашему калеке-президенту и этой жирной свинье, Черчиллю…
Но вам я не солгу. Я скажу вам правду – ВЫ ДОЛЖНЫ УМЕРЕТЬ!..
…– Нет! – закричал я. – Нет! Нет! Я не хочу умирать!
Сквозь облако тумана я видел лицо Элис, склонившееся ко мне. Она шептала:
– Алекс, вы не умрёте. Вам сделали успешную операцию.
Элис?! Её лицо было так близко от моего, что я видел своё отражение в её зрачках.
– Элис, где ты была? – прошептал я. – Где Брайан?
Она улыбнулась.
– Я не Элис, – промолвила она. – Я Лена.
– Почему ты изменила своё имя?
Она повернулась и сказал кому-то, стоящему позади неё:
– Мистер Крэйг, он всё ещё под влиянием анестезии…
Глава 20. Эдгар Гувер. Вашингтон, Федеральное бюро расследований (ФБР). Июнь 1943 года.
– Мисс Гэнди, – сказал Гувер, – мне понадобятся папки ленд-лиза к половине восьмого.
Зажав телефон между ухом и плечом, Элен Гэнди придвинула к себе блокнот.
– Какие именно папки, мистер Гувер?
За двадцать пять лет своей работы в качестве главного секретаря всесильного Директора ФБР она никогда – ни разу! – не слышала, чтобы он назвал её просто – Элен. В его устах она всегда была Мисс Гэнди. Быть может, причина лежит в том, что она – вековечная старая дева? Возможно. Интересно, если б она была замужем, было бы его обращение к ней другим? Кто знает! С её динамичным боссом нельзя было предсказать ничего. Одно утешение – он всех называет по фамилии; так что это всегда – Мистер Тот и Миссис Эта.
Гувер произнёс:
– Мне нужны все папки. И скажите Марте Доран, что я ожидаю её прибытия немедленно.
Через шесть минут затребованные боссом папки лежали на его столе. Как только Элен и её помощницы вышли из кабинета, Марта Доран вошла и закрыла за собой дверь.
Взглянув бегло на Марту, Гувер открыл верхнюю папку.
– «Эдвард Линкольн Дикенсон», – прочитал он заголовок, отпечатанный на первой странице. – Линкольн! Отличное среднее имя! Очень подходит русскому шпиону.
Марта ухмыльнулась.
