- И верно, Уильям, мне трудно припомнить, когда я в последний раз высыпался в вашей постели. - Голос Риверте был как мёд, льющийся из глиняного кувшина на свежий душистый хлеб. - Но, видите ли, вернувшись в свои апартаменты - очень удобные, надо сказать - я обнаружил в собственной постели сиру Ирену.
Сира Ирена?.. Та белокурая зеленоглазая красавица, что проявляла повышенный интерес к планам захвата Аленсийского княжества? Уилл сглотнул.
- В-вот как. И ч-что же она там делала?
- Понятия не имею. Она уснула, бедняжка, так и не дождавшись меня, и спала так сладко, что я счёл неучтивым вышвыривать её из постели, хотя в первый миг преисполнился решимости это сделать.
- Так вы её не приглашали? - Уилл не смог побороть прозвучавшее в голосе облегчение, и Риверте фыркнул.
- Приглашал? Вот ещё. Это Сиана, Уильям, здесь не размениваются на такие мелочи, как испрашивание позволения, прежде чем забраться в чужую постель. И я тому лучшее подтверждение. Вы меня прогоните?
- Нет, - прошептал Уилл, чувствуя, как впервые за весь этот бесконечный вечер напряжение отпускает его плечи. - Нет.
Ладонь Риверте легла ему на шею, мягко притягивая ближе. Уилл позволил ей это, юркнув между одеялом и крепким тёплым телом, вытянувшимся в кровати. Риверте не убрал руку с его шеи, только слегка переместил ладонь, чтобы Уилл мог улечься поудобнее. Другая его рука легла Уиллу на живот, так легко и естественно, словно там ей было самое место. Уилл чувствовал дыхание Риверте на своей макушке, оно слегка шевелило ему волосы, и он беззвучно вздохнул. Тихое, спокойное тепло разливалось по его телу от этих прикосновений и этого дыхания - так, как было всегда за эти шесть лет.
И разве когда-нибудь это может перемениться?
- Ну? - спросил Риверте; Уилл чувствовал, как губы графа движутся у него в волосах. - И где вас носило полночи?
- Я гулял, - пробормотал Уилл, закрывая глаза.
- Гуляли, вот как? И где же?
- Всюду. Я заблудился.
- Напомните мне завтра, я нарисую вам карту местности.
- Вы вряд ли найдёте на это время.
- Та-ак, а это ещё что такое? Упрёки? Недовольство? - Риверте слегка отстранился, его пальцы легли Уиллу на подбородок, и Уилл неохотно поднял голову, глядя ему в лицо. Риверте снял свои кольца - он знал, что Уилл их не любит, ему было неприятно чувствовать на коже холодное прикосновение металла. Сейчас они лежали на столике, слабо поблескивая в свете единственной свечи, и пальцы Риверте у Уилла на подбородке были такими тёплыми.
- Нет, - шепотом ответил он, глядя Риверте в слегка прищуренные глаза. - Ничего подобного. Я понимаю, что вы... что вы были... и будете... заняты. Это же Сиана.
- Да, - вздохнул Риверте, выпуская его подбородок. Рука, только что касавшаяся лица Уилла, скользнула Риверте под голову, и он откинулся, глядя в потолок и рассеяно приобнимая Уилла другой рукой. - Это Сиана. Хотели - получайте.
В последних словах едва заметной тенью мелькнуло раздражение. Уилл промолчал. Хотел ли он в Сиану? Со стороны, быть может, так и казалось. Он давно просился сюда - Риверте ездил в столицу раз пять или шесть за последние два года, с тех пор, как Руван сдался и война за расширение Вальенской Империи временно прекратилась. Уилл всякий раз просился с ним, и всякий раз Риверте ему отказывал и уезжал один. Но на этот раз сам король приказал Риверте привезти с собой Уилла, и почему-то граф подчинился. Может быть, он хотел, чтобы Уилл увидел наконец, куда рвётся, и перестал стремиться сюда. На самом деле Уиллу вовсе не хотелось ехать в Сиану. Ему было любопытно, спору нет, однако истинная причина была не в том, что он хотел в столицу, а в том, что не хотел расставаться с Риверте. Была бы его воля - он не отставал бы от него вообще ни на шаг, нигде, никогда.
Но это была не та жизнь, которую Риверте мог бы ему обещать.
- Вам здесь не нравится, Уильям, да? - спросил Риверте странно задумчивым, почти отсранённым тоном. Уилл знал этот тон - им Риверте задавал вопросы, на самом деле не требовавшие ответов. Но в то же время ответ был нужен графу, чтобы задать направление собственным мыслям, быть может, не имевшим к Уиллу никакого прямого отношения. Поэтому Риверте любил, чтобы Уилл находился в его кабинете в часы напряжённой работы. Иногда он спрашивал что-то, кажется, совсем отвлечённое, Уилл отвечал, и Риверте, награждая его восхищённым взглядом, бросался в пучину работы с удвоенным усердием. Для Уилла происходящее в его голове в эти минуты было загадкой, таинством, а таинство на то и таинство, что негоже вникать простому смертному в его сущность - достаточно знать исток.
- А вам? Нравится? - ответил Уилл вопросом на вопрос.
Риверте повёл плечом, слегка задев им его щеку.
- Временами. Я рос в этом городе. Должно быть, во мне слишком много от него. А в нём - от меня.
