- Хорошо, - легко согласился Рикардо. - Идите. Я вижу, вы и впрямь меня поняли. Только ещё одно, Уильям, - добавил он, когда Уилл встал и, поклонившись, шагнул к двери. - Я вижу, вы решили, что я вам враг. Но это не так. Вы сами знаете, что я друг Фернану, и вы, я знаю, тоже его друг. Друг моего друга не может быть мне врагом - вы это понимаете?
"Да, - подумал Уилл, глядя в это лицо, лицо человека, подмявшего под себя за последние пятнадцать лет полдюжины свободных и гордых народов. - Если бы я был вам враг, я был бы уже мёртв".
- Ну и отлично, - не дождавшись ответа, сказал король. - А теперь идите, в самом деле, и хорошенько выспитесь - я знаю, вы не привыкли полуночничать, и, должно быть, чертовски устали. Хотя погодите, я вызову камергера, чтобы он вас проводил.
В Сиане светало поздно. К тому времени, как молчаливый провожатый - Уилл не был уверен, тот ли, что провёл его к королю, или уже другой - указал Уиллу путь по лабиринту коридоров к отведённым ему покоям, небо едва начинало розоветь, понемногу высветляя очертания деревьев в дворцовом парке. Уилл распрощался с королевским камергером возле дверей в свои комнаты, дождался, пока тот удалится беззвучной поступью, какой тут ходили все - и лишь тогда переступил порог, плотно закрыл за собой дверь и опёрся о неё спиной.
Он не знал, что ему делать.
Как он понял из болтовни недовольных придворных, всё южное крыло дворца было отведено под многочисленную свиту Риверте, сопровождавшую своего господина в Сиану. Уиллу достались апартаменты из трёх комнат, где со всеми удобствами могли бы разместиться человек восемь. Он не привык к такому - ни у себя в Хиллэсе, ни в тех замках, где он жил с Риверте, не было заведено так бездумно транжирить свободное место. У хиллэсцев была в традиции скромность, а Риверте привык жить по-военному, тщательно распределяя ресурсы. Здесь же всё было странным, непривычным, неуютным и враждебным.
Уиллу так хотелось домой.
Он ощупью пробрался через тёмную прихожую, потом через такую же тёмную гостиную, оказавшись наконец в спальне, где тоже было хоть глаз выколи - шторы оказались опущены на ночь, даром что занимавший апартаменты гость ещё не вернулся. Уилл порадовался, что, по крайней мере, шустрые замковые слуги не стали дождаться его возвращения - сейчас он меньше всего на свете хотел бы видеть кого бы то ни было. Он пошарил ладонью по ночному столику у изголовья кровати, пытаясь нащупать свечу, потом махнул рукой и разделся в темноте. Когда слишком тесные штаны, слишком узкий жилет и слишком просторная рубашка - ох, одна беда с этой столичной модой - наконец оказались на спинке кресла, Уилл, всё так же ощупью, влез в постель, зарываясь в одеяла...
И завопил от неожиданности, ткнувшись ладонью в твёрдое плечо, лежащее там, где он надеялся найти подушку.
- Отчего вы так громко орёте, Уильям? Вы мне не рады? - осведомился граф Риверте из полной тьмы, и Уилл, подскочив, заметался по кровати.
- С-сир! В-вы! Я вас не ждал...
- Я так и понял. Перестаньте скакать у меня по ногам, будьте любезны.
Уилл сел на пятки - он надеялся, что на собственные - и, прерывисто дыша, слушал, как Риверте несуетливо двигается в темноте. Он сам не знал, почему так переполошился - его сердце колотилось, как бешеное. Сухо чиркнуло огниво, потом вспыхнула свеча, и Уилл увидел знакомую ленивую улыбку на лице, находящемся так близко от его лица, что достаточно было протянуть руку, чтобы коснуться этой улыбки пальцами.
Риверте поправил свечу и откинулся на подушку, подперев щеку кулаком и глядя на Уилла снизу вверх. Он был в нижних штанах и сорочке с расшнурованным воротом, и Уилл мог видеть его мускулистую грудь, спокойно поднимавшуюся и опускавшуюся в такт ровного дыхания. Чёрные волосы графа, ещё недавно безупречно уложенные, слегка растрепались и примялись у висков. Кажется, только что он спал, а Уилл его разбудил...
Это, впрочем, совершенно не отвечало на вопрос, что он вообще здесь делает. Они не виделись с тех пор, как Уилл вместе с общим кортежем покинула замок Галдар, где они жили последние несколько месяцев, и не разговаривали с тех самых пор - уже больше недели... и не были так близко друг к другу всё это время.
- Уильям, если вы будете продолжаться пялиться на меня так, я решу, что вы мне и впрямь не рады.
- Что вы здесь делаете? - выдохнул Уилл.
- Сплю, как видите. Или пытаюсь спать - это недурно мне удавалось, пока вы не принялись тут топтаться. Никакого снисхождения, а я ведь пашу с утра до ночи на благо империи, как вол, - проворчал он, и Уилл, повысив голос, сказал:
- А почему вы решили выспаться именно в моей постели?!
Риверте моргнул. Похоже - а верней, он старался, чтоб на это было похоже - вопрос поставил его в тупик. Потом его рука вдруг скользнула у Уилла по ноге - от щиколотки к колену, а оттуда по бедру - неторопливо, дразняще, так, что по телу Уилла прошла дрожь, такая сладкая и такая знакомая.
