— Хорошо, я согласен, — повторил Круз.
— Значит, тогда завтра утром я вас жду. Вы тоже будете присутствовать на этом консилиуме. Только прошу вас, не поддавайтесь эмоциям. Ребенок не должен волноваться, он и без того будет возбужден.
— Ну что ж, я думаю, наше присутствие его немного успокоит.
— Я очень благодарен вам, — сказал доктор Лисицки, прощаясь с Крузом Кастильо.
Утром следующего дня Круз и Сантана ожидали появления Брэндона в холле исследовательского центра.
Большие двухстворчатые металлические двери распахнулись, и Круз вздрогнул. Сестра милосердия выкатила инвалидную коляску, на которой сидел Брэндон.
Круз еле узнал его: его голова была коротко острижена, взгляд грустный и отрешенный.
Сантана сжала плечо мужа.
Худые прозрачные руки Брэндона покоились на коленях. Мальчик отыскал взглядом мать, но на его лице не отразилось никаких чувств.
Сантана бросилась к нему и тот еле заметно вяло улыбнулся.
— Брэндон, мальчик мой! — мать опустилась перед ним на колени.
— Миссис Кастильо, — к ней подошел доктор Лисицки, — нас уже ждут.
Сестра милосердия покатила коляску, а Круз и Сантана вместе с доктором Лисицки проследовали в зал заседаний.
На них сразу же обрушился гул голосов. Огромная аудитория была заполнена людьми в белых халатах. Это были в основном молодые медики и, казалось, их мало занимает проблема болезни. Но когда они увидели ребенка, их голоса мгновенно смолкли.
Коляску с Брэндоном установили на подиуме, к кафедре подошел доктор Лисицки и предупредительно поднял руку.
Сантана и Круз устроились сбоку у прохода, на специально поставленных для них стульях.
Торец зала занимал большой экран, на который проецировалось изображение Брэндона. Крузу было невыносимо больно смотреть на изможденное лицо мальчика.
— Итак, дамы и господа, — обратился доктор Лисицки к аудитории. — Я хочу вам представить Брэндона, — он не глядя указал рукой на мальчика, сидевшего в инвалидной коляске. — Этот молодой человек болен лейкодистрофией, — по залу прошел еле слышный гул. — Я надеюсь, — продолжал доктор Лисицки, — что наша встреча будет продуктивной и полезной. Ну что ж, Брэндон, ты согласен нам помочь? — он обратился к мальчику.
Тот еле заметно кивнул. На лице доктора Лисицки появилась еле заметная приторная улыбка. Он опустился на корточки перед мальчиком и протянул к нему руки.
— Ну что ж, малыш, иди ко мне на руки.
Брэндон неуверенно слез с коляски и опустил босые ступни на холодный подиум. Доктор Лисицки подхватил его на руки и прошел к кафедре.
— Ох, какой ты большой стал, — сказал доктор Лисицки, усаживая Брэндона на стол, застланный простыней. — Посиди, малыш, тут, чтобы все тебя хорошо рассмотрели.
Брэндон безучастно кивнул и принялся рассматривать пальцы своих босых ног. Все присутствующие медики уставились на больного ребенка. На экране появилось огромное изображение доктора Лисицки, и Круза покоробило несоответствие измученного лица ребенка и холеного лица доктора. А тот продолжал:
— После постановки диагноза у Брэндона были отмечены некоторые изменения в функциях мозга, значительно понижен слух. Вначале он проходил курс лечения диетой, но она положительных результатов не дала. После того как родители осознали всю бессмысленность этого метода, они обратились в наш институт, где мы применили активную химиотерапию для подавления иммунной системы. У вас перед глазами побочные явления, я думаю, вы все видите сами.
На экране появилось крупное изображение лица Брэндона. Его глаза с расширенными зрачками с мольбой смотрели в зал.
Круз не выдержал и отвел свой взгляд в сторону. Сантана едва сдерживалась, чтобы не зарыдать.
А доктор Лисицки продолжал говорить таким же спокойным и холодным голосом, словно речь шла не о живом человеке, а о какой‑нибудь неодушевленном предмете.
— В настоящее время имеются нарушения в работе передней доли головного мозга.
Брэндон попытался что‑то сказать, его голос звучал натужно и невозможно было разобрать слов.
Доктор прервал свою речь, подошел к мальчику, нагнулся и переспросил:
— Ты хочешь что‑то сказать, малыш?
В зале царила полная тишина, было слышно, как поскрипывают сиденья.
Мальчик говорил очень медленно, по слогам:
— По–че–му здесь все э–ти лю–ди?
Доктор улыбнулся и облизнул губы.
— Все эти люди — врачи, они пришли сюда, чтобы понять, как помочь другим мальчикам, больным той же самой болезнью, что и ты.
— А разве есть и другие мальчики, у которых такая же бо–бо? — спросил Брэндон.
— Есть, маленький, — ответил ему доктор. — К сожалению есть.
Он отошел к экрану и задумался.
— Как вы все заметили, теперь у него есть нарушения и в речи. Он с трудом проговаривает слова, хотя еще неделю назад он говорил довольно легко. Брэндон, — доктор обратился к мальчику.
Тот внимательно посмотрел на врача.
— Я хочу, чтобы ты немножко прошелся по залу.
Мальчик испуганно посмотрел на мать. Та кивнула ему. Брэндон протянул руки, но самостоятельно подняться не мог. Доктор Лисицки помог ему.
— Давай сюда свои руки, — сказал он.
Брэндон послушно взялся за холодные ладони врача и сделал первый неуверенный шаг.
