Александр Майтанов присутствовал при том, как сержант Матросов – один из командиров отделения – объяснял в кабинете, который был невероятно похож на обычный школьный класс, как оказывать помощь раненному товарищу. Саша просто наблюдал, как солдаты отвечали на вопросы и проводили практические занятия по спасению друг на друге и манекене. Майтанов хотел понять, кому из них можно доверить серьёзное поручение, кому нет, кто филонит, кто старается, в армии, как, впрочем, и в обычной жизни, очень важно – доверие.
Как только закончилось занятие, Александр Майтанов собрал всех своих подчинённых на улице, построив в шеренгу, и передал им указания насчёт подготовки и передислоцирования, затем распустил их кроме сержантов и старшин, которым дал дополнительные распоряжения. Затем он отправился в штабное здание, где в определённом кабинете вместе с другими офицерами заполнял документы, в которых должны были содержаться данные о подчинённых, Саша вёл личные дела солдат. Закончил он свою писанину через 1,5 часа, после чего покинул штаб и очутился в казарме, чтобы проверить, как отдыхают военные.
– Ничего, ничего, вольно, отдыхайте, – сказал солдатам Майтанов, которые встали по стойке смирно при виде офицера. Саша оглядел солдат, находящихся в одних шортах да белых майках и прошёлся по комнате, краем глаза осматривая вещи молодых солдат и ни слова не говоря покинул комнату. Солдаты успокоились, они не совсем ещё понимали, чего ожидать от своего командира, хотя про него уже шла между ними молва, что офицер не придирчив, свой мужик.
– Ерёма, расскажи историю, не хочется сейчас телик зырить, – просил рядовой нашего нового знакомого.
– Это можно, – сказал Еремчук, которого об этом дважды не приходилось просить. Старшина Еремчук позволял с собой так фамильярно по кличке к себе обращаться только во время отдыха, но не во время учений: тут уж, пожалуйста, «товарищ старшина Еремчук».
Саша отправился в другую казарму, где обосновывался на ночлег, так как он знал, что скоро отправится на войну, поэтому решил, что искать квартиру не имеет смысла, спал в казарме и хранил вещи в каптёрке, из которой, правда, могли пропасть вещи, но только не офицерские.
Лежа в кровати, Саша получил сообщение, информирующее о желании Юли увидеться с ним. Он немного подумал и соврал ей, написав, что уже нельзя ему покидать часть, а так хотелось ещё услышать запах её волос. Затем отложил телефон и собрался мысленно погрузиться в сон, хотелось выспаться, так как ему необходимо было поднимать солдат, делать заметки ни свет, ни заря. Бессонница.
– Вот чёрт, ну и дороги! – пробурчал солдат в бронежилете, шлете и с автоматом в руках, сидящий рядом с Сашей в грузовике, когда в очередной раз машина подскочила на кочках, из-за чего сильно тряхнуло бедолаг.
– Это тебе не Россия, – попытался другой солдат разрядить злобную обстановку, обмундированный в точно такое же снаряжение темно-зелёного цвета.
– Ну, я бы так не сказал, – сказал третий, все посмеялись, но продолжили молчать, каждый думал о предстоящем бое, первом для всех сидящих в грузовике.
Вдруг неожиданно колонна машин остановилась, грузовик с Майтановым на борту был не один, их было 15 штук с БТР во главе эскадрильи, одна из машин застряла, поэтому военные вышли из транспорта, чтобы вытолкать из грязи или покурить.
Пока происходила заминка к Майтанову, оставшемуся внутри с немногими некурящими солдатами, залез старшина Еремчук.
– О-о, ребятушки, такие смурные, так дело не пойдет, – сказал Еремчук посмеивающимся голосом, проходя между солдатами, сидящими друг напротив друга, к Майтанову, которому затем тихо добавил. – Саша, ты бы музыку какую врубил, чтобы снять тремор, это поможет.
Саша прислушался к совету опытного бойца, тут же покинувшего грузовой автомобиль, словно он ассасин, выполнивший задание, и включил на низкой громкости популярную музыку, которая хоть и не всем нравилась, но никто не стал возражать, и под неё колонна устранив неполадку тронулась вперёд.
Как вы уже поняли, Александр Майтанов прибыл в страну Z вместе с батальоном на самолете и, пробыв на близ лежащей к аэропорту базе 2 недели, его часть отправили в зону боевых действий. Местность в стране Z гористая, поэтом было опасно передвигаться на транспорте вблизи фронта. Здесь постоянно царствовал туман, но редко лил дождь, хотя не было холодно, даже в сентябре выйти на улицу в одной футболке не было ошибкой. Сумбурная погода.
Саша из просвета в грузовике смотрел на густой лес, растущий по бокам дороги, состоящий из высоких сосен, и думал о тёплой встрече с родными под лирическую музыку, играющую на телефоне.
