– Ты прыгаешь первой, – говорит он, подходя ближе. – Приготовься!
Легко сказать! Мое дыхание сбивается, затылок тяжелеет. Я вижу, как выныривает поезд и понимаю, что пора, но не могу шевельнуться. Ноги словно приросли к полу. Телом подаюсь вперед, но не могу двинуться. Поезд стремительно уезжает от меня, и вновь перед моим взглядом, лишь пустые рельсы.
– Первая попытка оказалась непродуктивной, – с усмешкой констатирует Рик, но смотрит на меня так, словно хочет ударить. В его глазах злость и досада. – А Вергилий, между тем, все ближе к смерти.
Стискиваю зубы и отворачиваюсь. Понимаю, что виновата. Мне совсем не хочется быть причиной, по которой Вергилий умрет! Я хочу, чтобы поезд приехал как можно скорее, чтобы исправить свою оплошность. В этот раз я смогу, в этот раз я точно прыгну и– будь, что будет! Стук колес приближается. Вагон выныривает из-под галереи.
– Пошла! – приказывает мне Рик, чуть подталкивая в плечо. И я ему подчиняюсь.
Пара секунд полета – и я с грохотом приземляюсь на крышу вагона. Еще не до конца зажившие колени обдает дикой болью. Из горла вырывается стон. Слышу, как приземляется позади меня Рик. Ложусь на живот и прижимаюсь лбом к холодной крыше. Придерживаюсь ладонями, чтобы не извиваться подобно червяку. От адреналина меня знобит, по вискам катиться пот. Ох, видел бы меня сейчас папочка! Я стала зацепером! Никогда бы не подумала, что решусь на такое! Скорей бы уже это путешествие закончилось! При мысли, что возвращаться придется так же, на меня наваливается тоска. Поезд замедляет ход. Мы подъезжаем к станции. Несколько секунд передышки, пока выходят люди. Разжимаю пальцы, и они дрожат. Поезд снова движется, и я напрягаюсь. Рик трогает меня за лодыжку, и я понимаю, что сейчас будем прыгать. Пытаюсь встать на ноги, меня шатает. Впереди вижу тоннель, если я не успею спрыгнуть, то меня снесет ко всем чертям. Смотрю на Рика. Тот уже выпрямился и готов к прыжку. Между нами висит световой шар, рассеивая тьму подземелья.
Собравшись с духом, прыгаю. Прокатываюсь кубарем по земле – и все тело отзывается болью. Слышится звук удара и рядом со мной приземляется Рик.
– Цела? – спрашивает он, видя, как я барахтаюсь, чтобы встать на ноги.
– Вроде, – хриплю я, ухватившись за стену.
– Уходим, – кивая куда-то в сторону, спокойно говорит Рик. Сколько раз уже он проделал этот трюк? Хромая, плетусь за ним. Мы спускаемся по пожарной лестнице вниз и минуем просторную галерею. Впереди еще одно испытание.
– Готова? – спрашивает Рик, прежде чем мы входим в узкое пространство. Киваю. – Тогда задержи дыхание.
Этот отрезок намного короче прежнего, мне даже хватает одного вдоха, чтобы дойти до конца. Хотя порцию газа пережить все же приходится. Мы с Риком останавливаемся, как только слышится тихий щелчок, и он привлекает меня к себе, я прячу лицо у него на груди. От его одежды пахнет металлом и пылью, от этого хочется чихать, и я с трудом сдерживаюсь. Наконец мы выбираемся наружу. Рик отключает световой шар, и мы прячем его в рюкзак.
– Все, дальше ты пойдешь одна, – говорит он, когда мы проходим шумную улицу и сворачиваем в грязный двор.
Рик надевает мне на плечи рюкзак и слегка толкает вперед. «Чем быстрее я все сделаю, тем лучше», – убеждаю себя я, прибавляя шаг. Сейчас главное не привлекать к себе внимание, чтобы никакие стражи правопорядка не увязались за мной. Врезавшись во что-то, отскакиваю назад. Качели. Обычные детские качели. Тихо матерюсь. Иду между домами, в которых давно никто не живет. Окна выбиты, стены облезли. Перебираюсь через забор и чувствую, как тело наливается свинцовой тяжестью. Впереди еще один забор, но он слишком высок, чтобы его перепрыгнуть.
Да я тут стою как на ладони, стреляйте в меня, стреляйте! На меня накатывает злость, и я падаю на землю, желая слиться с природой и стать невидимой. Закрываю глаза и стараюсь настроиться на карту, чтобы понять, где еще меня может подстерегать опасность. Ага, две вышки с охраной и еще патруль, который я пока не видела. Мне нужно миновать их и подняться на смотровую площадку башни.
Замечаю ползущее по земле световое пятно от сканера. Твою же мать! От страха, что меня сейчас обнаружат, перестаю дышать. Прятаться негде – пролезть под забор я не успею. До меня доносятся шаги и чей-то смех. А вот и патруль!
– А ты на кого ставку делал? – спрашивает один из патрульных.
– На Грома, – вздыхает другой. – Никак не ожидал, что он, такой силач, поддастся этому дрищу и проиграет!
– Да, жалко парня.
– Сам виноват. Ведь идиоту понятно, что здесь не подняться, не вырваться из нормы, установленной законом. А он был уверен, что обманет систему!
– Вот и я говорю: жалко парня.
