– Да ну? – Я вздёрнул бровь, не отводя от него взгляда. Доверять в такой ситуации – опасно, но особого выбора нет. Если сказанное о королевских нагах – правда, то лучше прислушаться к советам местных и попытаться обойти эту напасть.
Саолант пропустил мимо ушей мой недоверчивый вопрос:
– Я напою нагов перед играми сонным отваром. Они растеряют всю свою злость и не сумеют противостоять воину с клинком. Но ты… – Он прямо посмотрел мне в глаза. – Ты убьёшь Лиакайо.
Я лихорадочно соображал – насколько силён бог Мероисины? Откровенная глупость или возможность выбраться? Или же, едва оказавшись на арене, сразу пытаться закручивать вихрь и делать отсюда ноги?
Саолант словно почувствовал мои мысли и покачал головой:
– Чтобы я был уверен в тебе, Шагадар, она, способная накинуть на город саван цвета солнца… - Сайур подошёл к Алиайте и положил руку на плечо. Девушка попыталась её сбросить, однако охнула и поморщилась. – Будет со мной.
Это было неприятно. Придётся спасать не только свою шкуру, но и приглядывать за Алиайтой. Но вместо того, чтобы сказать что-то против, я пожал плечами и криво улыбнулся:
– Почему бы нет? Это справедливо.
Саолант улыбнулся и провёл пальцами по бронзовым волосам Алиайты. Та съёжилась, будто от каждого прикосновения в тело проникал сильнейший яд.
– Ты – хитрый противник, Шагадар. Но бесстрашный. Сайуры чтят бесстрашие.
Да. Бесстрашный и бестолковый. Гарантий-то мне никаких не дают. Другое дело, что выбора у меня нет, и вряд ли кто-то пришёл бы к человеку, считай, приговорённому к смерти, чтобы проверить его добродетельность и честность.
Саолант убрал руку с Алиайты и присел на кровать.
– А теперь слушай, что ты должен сделать…
Жара стояла неимоверная. Солнечные лучи пронизывали и будто раскаляли воздух вокруг. В моих руках был простой клинок с прямым лезвием – иных бойцам игр не полагалось. Арену Змей древние мастера возвели из жёлтого известняка: верхние каменные скамьи – для простого люда, средние из дерева – для торговцев и уважаемых людей, и нижние с высокими спинками и резными подлокотниками – для верхнего сословия Сайура.
Стаоро горделиво восседал на кресле властелина города и увлечённо беседовал с кем-то из своих советников. Лиакайо – изваяние из чистого золота – замер рядом, вслушиваясь в их разговор. Саолант стоял за спиной брата, словно простой телохранитель. Возле него, понурив голову, находилась Алиайта. Казалось, что ей больно смотреть на покрытую красным песком арену, на разодетую в дорогие ткани и украшения знать, на кованые чёрные ворота, из которых выпускали нагов.
Но вот она подняла голову, встретилась со мной взглядом, побледнела, словно полотно, и стиснула зубы. Саолант что-то шепнул ей, но Алиайта ответила таким взглядом, что впору было упасть замертво. Однако тот лишь улыбнулся уголками губ и покачал головой. Что ж, иного я не ожидал.
Люди шумели, занимая места. Многие уже во все глаза глядели на арену, предвкушая зрелище. Чёрт бы их побрал, гадов. Везде всё одно и то же. Что на Земле, что на Тагеллане, что здесь. Хлеба и зрелищ. Народ жаждет развлекаться.
Раздался звук – дрожащий, сладкий, пронизывающий – сигнал золотого рога, и ворота, за которыми находились наги, начали медленно открываться.
Я напрягся, сжимая меч крепче. Люди зашумели, приветствуя то ли меня, то ли выползавшее на арену чудовище. Оно было огромным. Хвост – руками не обхватить, рубиновые чешуйки сверкали на солнце, как драгоценности. До пояса – человек, ниже – змей. Тело – сильное, литые мышцы на груди, длинные руки и загнутые красные когти. Лица не разглядеть – оно скрыто золотой маской, но даже сквозь щели я видел полыхающий тёмный огонь глаз.
Наг посмотрел на меня, издал короткий свист, от которого по коже пробежали мурашки, и кинулся. Я отскочил в сторону, увернувшись от мощного хвоста. Поднялись кровавой дымкой клубы пыли и песка. Я оказался рядом и вонзил меч в рубиновое полотно хвоста. Чудовище взревело и развернулось. Но снова промахнулось – и отрубленная рука с согнутыми красными когтями осталась на песке.
Новый вой боли и гнева оглушил меня. Лишь чудом удалось уйти от массивного тела, развернуться и снести нагу голову. Огромное тело замерло, пошатнулось и рухнуло к моим ногам.
Зрители замерли. Они явно не ожидали такой короткой схватки. Алиайта смотрела на меня, подавшись вперёд и прикусив губу. Саолант неподвижной статуей возвышался рядом. На секунду показалось, что в его руках что-то блеснуло.
По арене разлилось шипение. Я глянул в сторону ворот: медленно-медленно оттуда выползало отвратительно извивающееся существо тускло-жёлтого цвета. Видимо, оно когда-то было нагом, но человеческого… Присмотревшись, я вздрогнул. Человеческого в нем почти не было.
Зрители зашумели. Кто-то крикнул:
– Вперёд, воин!