Она резко вскинула голову и посмотрела прямо в мерцающие глаза Лиакайо:
– Да? – прошептала еле слышно. – Они кончатся, потому что я скоро умру? Или потому что золотой бог Мероисины решил пойти против воли своих собратьев?
В помещении воцарилась тишина. Что, впрочем, меня совершенно не удивило. В воздухе повисло напряжение, того и гляди вспыхнет огнем.
– Твои слова режут острее ножа, дитя, - мягко произнёс Лиакайо, однако у меня по коже пробежали мурашки.
Так шипит ядовитая змея, глядя на свою жертву: тихо, но предупреждающе.
Плечи Алиайты окаменели, она словно стала одним из тех изваяний, что стояли во дворах сайуров. Лиакайо протянул руку, я заметил, как блеснули мрачным золотом удлинённые ногти. Алиайта отпрянула, однако тут же уперлась спиной мне в грудь. На лице Стаоро появилась торжествующая улыбка. Как бы там ни было – своего соправителя он не особо любил.
Лиакайо нахмурился, золотистые пальцы в опасной близости замерли над плечом Алиайты.
– Подожди, – вдруг мягко сказал Стаоро. Голос Властелина тигровых змей был столь же сладок, как обволакивающий мёд слов бога Мероисины. – Наш… гость… - Он выделил интонацией это слово. - Шагадар сделал совсем недурное предложение.
Я стиснул зубы. Хорошего ждать нечего, но хотя бы возможность появилась. Пока эти ребята будут думать, как нас уничтожить поизощреннее, получится найти способ выбраться.
– Празднества в честь Рубинового нага в самом разгаре, – мягко продолжал Стаоро. – Скоро начнутся бои на арене. Так почему нам не прислушаться к Шагадару, м?
Слово «арена» мне не понравилось так же, как и «бои». Подобные традиции обычно служат для утоления кровожадной страсти толпы и правителей. Всем весело и хорошо, кроме самих бойцов.
Лиакайо задумался, по золотому лицу словно пробежала тень. Он взглянул на Алиайту, тонкий бледный язык скользнул по узким губам. Я почувствовал, как по телу девушки пробежала дрожь, однако она не двинулась с места.
– Что это за бои на арене? – уточнил я, переводя внимание обоих соправителей на себя.
– У Стаоро, – произнёс золотой бог, – много королевских нагов. Желающие получить милости властелина или же решить какой-то спор могут прийти на арену в дни праздника и решить спор мечом.
Так, кажется, и здесь ничего нового. Хлеба и зрелищ.
– Как определяется победитель и побеждённый? – спросил я.
– Смертью, – улыбнулся Стаоро так, словно я был его любимым ребёнком, который вдруг проявил интерес к государственному делу. – Кто остался жив, тот и победил. Давай так, Шагадар. Если ты победишь моего нага, забираешь девушку и идёшь на все четыре стороны. Если нет…
– Нет – значит, нет, – пожал я плечами. – Договорились.
Алиайта медленно обернулась и пристально посмотрела на меня. Я подмигнул ей. Другого варианта нет. Хотелось бы, чтоб беспечность, с которой я сейчас согласился принять бой, была бы настоящей, а не всего лишь бравадой.
Лиакайо молча смотрел на нас. Ему явно не нравилось происходящее. Однако по каким-то своим причинам он не спорил. И когда мы со Стаоро посмотрели на него, медленно кивнул.
– Как вам будет угодно, уважаемые. – Он снова внимательно посмотрел на Алиайту. – Хотя мне и жаль, что ты так думаешь, дитя.
С этими словами он покинул комнату. Алиайта еле слышно выдохнула. Впрочем, Стаоро тоже передёрнул плечами. Соправитель-то соправитель, а то, что не человек – испытание не из приятных.
Прошло ещё несколько мгновений, он повернулся к нам.
– Не знаю, что ты этим выиграл, но так и быть. Завтра на играх ты умрёшь, а золотая девочка будет моей. Но пока – вы неприкосновенны.
Стаоро хлопнул в ладони и издал какой-то шипящий звук. Тут же тихонько открылась дверь, и в комнату бесшумно скользнул слуга. Низко склонился перед властелином и замер, ожидая приказаний.
– Отведи их в комнаты, – лениво бросил Стаоро. – Эти люди – участники игр. Позаботься, чтобы у них было всё необходимое.
Слуга склонился ещё ниже, а потом посмотрел на нас. Я едва справился с изумлением: глаза с вертикальным зрачком, плоский приплюснутый нос, кожа… больше чешуя. Рот – безгубый, тело – худое и очень гибкое. Словно боги решили смешать человека со змеёй и посмотреть, что получится. Слуга что-то прошипел и поманил нас за собой.
Пока мы шли по коридорам дворца и знакомыми улицами, на нас никто не обращал внимания. Однако меня не покидало ощущение, что кто-то постоянно смотрит мне в спину. Алиайта несколько раз порывалась заговорить, однако я останавливал её жестом. Поговорим в комнате. Не факт, что там нет шпионов, однако этот змеечеловек явно не глух и идёт слишком близко.
Когда мы пришли, на столе у стены уже стояли подносы с фруктами и мясом, а также хрустальный графин. Слуга Стаоро снова склонился перед нами, что-то прошипел и оставил нас наедине. Стоило только двери закрыться, послышался глухой щёлчок. Дав Алиайте знак молчать и выждав несколько секунд, я подошёл ко входу. Положил ладонь на деревянную поверхность и толкнул. Угу, так и есть – заперто. Видимо, в целях предосторожности – чтобы боец для игр не сбежал перед боем.