– Шагадар, – подала голос Алиайта. – Ты с ума сошёл?
– Как ты определила?
Я обернулся и глянул на сидевшую на постели девчонку. Вид у неё был жалкий. Словно мы уже проиграли всё, что только могли. Да, радоваться особо нечему, но я всё же сенситив, а не фокусник с базарной площади. Выкрутимся. В крайнем случае совью энергетический жгут, он нас вытянет. На Тагеллан настроиться вряд ли получится, но всё равно это будет лучше, чем умереть на арене.
– Шагадар, я серьёзно, – шепнула она. – Ты не видел этих нагов, а я – да. Это – чудовища в два раза больше человека. А клыки у них – кхаарский миор кажется домашней кошечкой.
Я подошёл к столу, подхватил с подноса розовый фрукт, напоминавший яблоко, и откусил кусок. Во рту появилась приятная сладость. Хм, живём.
Откусив ещё, глянул на Алиайту:
– Не страдай, а лучше расскажи мне о Лиакайо.
Алиайта вздрогнула, как от удара плетью, обняла себя руками, будто вмиг стало холодно. Потом тихо вздохнула и пожала плечами:
– Тут особо и сказать нечего. Один из золотых богов Мероисины. Не в восторге от Саламрад, потому и всячески пытается противостоять её власти. – Она сцепила пальцы и снова вздохнула. – Честно говоря, я не ждала его здесь. Почему он спелся со Стаоро – вообще неясно.
Я отложил огрызок и принялся за новый фрукт. Иногда работа челюстями стимулировала работу мозга. Итак, враг номер один, на которого надо натравить властелина тигровых змей и смыться поскорее. План – хорош, а вот выполнение…
– Так, а зачем ты богу?
Алиайта криво усмехнулась, коснулась повязки, скрывавшей часть лица – было видно, что неосознанно.
– Хорошо иметь ручную смерть. Кто неугоден – долго не проживёт. А сопротивляться золотому богу Мероисины я не сумею.
– Что-то мне не нравятся эти ребята, – философски изрёк я. Второй фрукт исчез ещё быстрее первого. – Впрочем, в этом деле мне вообще мало что нравится. Тем не менее, не стоит вешать нос. Не смотри на меня так, Алиайта. Спасти нас щелчком пальцев не выйдет, но всё же у меня есть идея. Если на арене будет масса людей, я сделаю энергетический вихрь, он нас унесёт отсюда.
Алиайта внимательно посмотрела на меня:
– Куда?
Я пожал плечами:
– Не знаю. Постараюсь направить его поближе к Тагеллану. Но… обещать ничего не могу.
– И… – Её голос резко охрип. – Ты так легко говоришь об этом? А что, если там будет ещё хуже, чем…
– Здесь? – перебил я и криво усмехнулся. – Знаешь, хуже не будет. И поверь моему тысячелетнему опыту сенситива – энергетический вихрь не выбрасывает в мёртвые миры. Яркие, дружелюбные, красивые, отвратительные, пустые, но не мёртвые. В каждом из них можно отыскать спасение.
Алиайта молча опустила глаза, свела брови на переносице и закусила губу. Она явно не могла воспринять услышанное, однако понимала, что спорить со мной бесполезно. Захотелось подойти, обнять и хоть как-то успокоить, но вдруг раздалось какое-то странное скрежетание.
Я замер и прислушался. Скрежетание не повторялось, но я всё равно почувствовал, что мы не одни.
– Что… – попыталась спросить Алиайта, но я приложил палец к губам.
Развернулся и прищурился. Стена и стена, только кто-то за ней стоит. Я поднял руку, по кончикам пальцев пробежал алый всполох. В стене вмиг тускло засияли тонкие очертания стройного тела, сплелись в причудливую сеть. Кто-то вскрикнул и резко сбросил сеть. Она тут же погасла, но теперь перед нами стоял невысокий человек, а у его ног лежал потускневший серый плащ.
– Кем бы ты ни был – ты достойный противник, – произнес он.
Алиайта тихо охнула, я промолчал, но изумлен был не меньше. Стоявший напротив молодой мужчина – копия Стаоро, только помоложе и пониже.
– Не дивись моему сходству с властелином тигровых змей, – усмехнулся он. Правда, эта усмешка была горькой и безрадостной. – Я – Саолант, младший брат Стаоро.
– И? – Я подозрительно посмотрел на него. – Чем обязаны?
Саолант наклонился и подхватил плащ, осмотрел его и нахмурился:
– Ты испортил мой невидимый покров, Шагадар. Однако королевский наг – не простая тряпка, с ним будет куда сложнее. – Он поднял голову и смело посмотрел мне в глаза, даже с вызовом. – Вы хотите убраться отсюда живыми.
Я сложил руки на груди и кивнул. Алиайта смотрела то на незнакомца, то на меня, однако не решалась что-то сказать.
– Я… слышал вашу беседу с моим братом и золотым божком. Стаоро слишком глуп и заносчив, чтобы признать – Лиакайо обойдёт его.
– Чего ты хочешь? – спросил я и чуть прищурился.
Говорил молодой сайур спокойно и прямо. Так лгать? Вряд ли. Значит, правда. Вон как скривился, когда бога Мероисины упомянул.
– Я хочу, чтобы город принадлежал мне и моим поданным, а не тварям из других миров, – твёрдо сказал он. – Здесь давно зреет бунт, и празднества – время для бунта. У нас давно всё готово. Но золотой бог путает все планы.
Он глянул на Алиайту и усмехнулся:
– Твоя девчонка хоть и похожа на него, но все же не такая. Это видно. – Он снова посмотрел на меня и улыбнулся. – Услуга за услугу, Шагадар.