Иннис отчетливо сознает, что болеть будет и дальше. Да, практичной частью сознания она понимает и принимает слова тетушки Меди. Рано или поздно боль утихнет, она встретит другого мужчину, выйдет замуж, а уж когда дети пойдут…
Рано или поздно, так или иначе…
БОЛЬНО!!!
– Иннис!!! Мама!!!!
В кухню влетела Тиррима, но в каком виде?!
Иннис даже забывает о своих переживаниях.
Девчонка стала седой, как смерть, глаза, казалось, сейчас выпадут из орбит, руки дрожат, лицо в красных пятнах…
– Мама!!!
– Доченька!!!
Тетушка Меди оказывается рядом, словно из воздуха соткалась. Мамы всегда своих детей услышат – если они настоящие мамы. Тиррима бросилась ей в объятия и разревелась так, что Иннис чувствует себя ущербной.
Она по Алексу так не плакала, а это…
Это была смесь стона, воя и визга, щедро орошенная слезами.
– Что случилось?
– Муся умер!!!
Иннис проглатывает жестокое «раньше бы» и страдальчески икает. Запивает водичкой, чтобы легче прошло. Вот так…
Теперь успокоить девицу, напоить чем покрепче и выслушать, что ж там такое?
Успокаивать пришлось долго, да и поить не вином, а виноградными выморозками, но через час с хвостиком захмелевшая Тиррима таки рассказывает об увиденном. Спотыкаясь на каждом слове, заикаясь, вздрагивая…
Иннис слушает со смешанными чувствами.
С одной стороны – страшно же!
Вот так, когда крысы…
Ну да, она хоть и графиня Андаго, только визжала бы не хуже Тирримы. И с черными волосами пришлось бы попрощаться – поседела бы точно.
И заикаться бы начала… наверное.
Тиррима не начала.
Она до утра пролежала на полу в Храме – лекаря позвать надо, мало ли что она там себе отморозила! – а когда очнулась, встала и пошла к себе.
А там…
Муся…
Она его сразу узнала, по колечку. И медальону. И пряди русых волос на обглоданном черепе.
А больше ничего для опознания и не осталось. Крысы были голодны. Тиррима завизжала и пустилась наутек. Домой, естественно. Туда, где добрая мама, где встретят, примут, поймут, обогреют и погладят по головке, а то ж!
Тетушка Меди этим и занялась. А Иннис накинула шаль и отправилась за лекарем. Лучше – за магом жизни, был такой в пределах досягаемости. Брал, конечно, втридорога – драл, а не брал, но зато и лечил хорошо. А тут…
Тут ведь и мозги поправить надо, и здоровье…
Иннис медленно шла по улице и думала, что Алекс – чудо.
Именно поэтому он не побоялся ее оставлять на произвол храмовников. Она-то вчера не подумала, а он – наверняка. Если это не его рук дело – с крысами – пусть ее налысо остригут!
Сейчас всем будет не до расследования – отбиться бы.
Кстати, а почему никто не звонил в колокол, не звал народ на помощь?
Неужели всех сожрали во сне?
Алекс…
Иннис чуть передергивает плечами.
И что?
Это ведь он для ее защиты! Значит – все оправдано. Жестоко?
Так он демон, а не… выпускница института благородных девиц.
Алекс – хороший!
Ох, Алекс, вернись, пожалуйста.
Иннис честь честью доходит до лекаря, и тот обещает прийти сразу же. А лучше… Графиня, приведите свою пострадавшую сюда, а? Вы видите, сколько тут народу?
От стражников – до ворья, которое в эту ночь резко сменило профессию.
Кто белый, кто заикается, кто штаны намочил… по сорок пятому разу. Страшно это! Крысы из нор вышли и на людей кидаются!
Храм?!
Да кто туда ходил?! Вот заняться ему нечем, дел мало! Тьфу!
С тем Иннис и отправляется домой, чтобы встретить там Линтора.
Начальник городской стражи бледен до синевы, у него ощутимо подрагивают руки и дрожит голос.
– Иннис… графиня…
– Иннис. Вам ведь не до церемоний?
– Именно. Иннис, а где Алекс? Ваш кузен?
– Он уехал вчера. Вечером.
– Как?!
– Ну да. Ему пришло письмо из Теварра, он должен съездить на родину и вернуться. А что?
– Он мне нужен. А надолго он?..
– Я сейчас посмотрю в письме. Если Алекс его не сжег, конечно.
Не сжег.
Не для того Алекс его честно подделывал, чтобы сжечь. Конверт лежит честь честью на тумбочке в его комнате – и сообщаются там грустные известия. Пишет Алексу управляющий о том, что его старшего брата прикончили на дуэли. Отец слег, а потому надобно бы господину Бельенту вернуться на родину и титул принять. Да стервятников разогнать, а то послетались…
Линтор читает, сжимая кулаки, а Иннис смотрит и еще раз благодарит Алекса. Он все предусмотрел, этот демон. Все.
Даже визит начальника стражи. Даже людей, которые будут сопровождать ее в Андаго, даже их.
Алекс, ну как же я без тебя?..
Долгие годы, долгие дни и часы, когда ты смотришь на дверь, а в нее никто не входит. Ты думаешь о нем, а его все нет и нет.
Ты мечтаешь увидеть, хотя бы на миг, дотронуться, но его нет рядом.
И никогда не будет.
Слезы хлынули потоком.
– Госпожа Иннис!
Линтор подскакивает, принимается утешать девушку, а слезы все льются и льются. И нет ей дела ни до Храма, ни до начальника стражи…
Ох, Алекс…
Вернись, пожалуйста…
Я же тебя… люблю… демон паразитский!
Просыпаюсь я поздно. Потягиваюсь, зеваю…
События всплывают в памяти постепенно. Ну да… вчера ночью я призвал Крысиного короля. Что теперь будет?
Спросите лучше, кого не будет.
А за завтраком трактирщик выкладывает мне, что в городе творится ужас!
Даже не так.
УЖАС!
Чистый и беспримесный!
