– Пойдем к морю погуляем! – предлагает он. – А лучше покупаемся! С разъездами этими почти весь купальный сезон пропустили!
Сашка только руками разводит. Как будто она его в Москве держала! Да пойдемте, ради бога. Погода отличная, градусов двадцать пять максимум. Не слишком жарко, но и не холодно. Народу на пляже будет валом, конечно. Но можно на местный пляж пойти, до него отдыхающие редко добираются.
Всеволод Алексеевич собирается на пляж обстоятельно: полотенце, масло для загара, солнцезащитные очки. Долго копается в шкафу, ворчит.
– Ну что вы там застряли? – не выдерживает давно собравшаяся Сашка.
– Брюки не могу найти подходящие. Ты все в стирку унесла. Оттуда доставать, что ли?
Ну да, Сашка все содержимое его московского чемодана засунула в стирку, не разбираясь.
– А в джинсах жарко, – ворчит он, шурша чем-то в шкафу. – Да зайди, что ты на пороге топчешься? Мне кажется, в свете последних событий эту спальню давно пора сделать общей.
Сашка старается пропустить мимо ушей его «в свете событий». Подходит к шкафу.
– Всеволод Алексеевич, у вас есть прекрасные шорты из марлевки. Если не в такую погоду их надевать, то когда?
– Ни за что! Я мальчик, по-твоему, в коротких штанишках ходить?!
А кто их купил, спрашивается? Сами они в его шкафу материализовались, что ли? Он и купил прошлым летом. И ходил в них на пляж. Весьма приличные шорты до колена. С мокасинами на босу ногу он смотрелся в них, как Санни Крокет из «Полиции Майами», сериала, который очень нравился Сашке в детстве. Ну ладно, как Санни Крокет в старости. Один в один! Но потом кто-то из отдыхающих на набережной захотел с ним сфотографироваться. Фотография попала в социальные сети и вызвала дикий ажиотаж: сотни людей комментировали, как безобразно выглядят пожилые мужчины в шортах, что «куриные ножки» лучше скрывать брюками, что не ожидали такого от Туманова и прочая, прочая. Сашка никогда бы не додумалась показать этот пост сокровищу, а сам он по социальным сетям не бродил. Но нашлись «добрые люди» из числа журналистов, тут же ему позвонившие, ситуацию пересказавшие и комментарии попросившие. После чего Всеволод Алексеевич сам полез в интернет. Расстроился дико. И шорты с тех пор предал анафеме.
– Вы опять из-за той публикации? Сколько раз вам говорить, что у вас очень аккуратные, симпатичные ноги. Для мужчины – так просто идеальные!
Сопит, фырчит, но упорно ищет штаны. Ну да, ноги изгибаются буквой «Х», сходясь в коленках и ниже расходясь уже окончательно. Жертва тугого пеленания, надо думать. А может быть, маленький Сева слишком рано начал ходить, при этом слишком плохо питаясь. Вряд ли во время войны у него были полноценный рацион, витамины и регулярные прогулки на солнце. Если учесть его год рождения, большая удача, что он вообще выжил.
– Плавать тоже в брюках будете? А если к вам на пляже любители селфи подойдут? Экстренно запрыгнете в штаны?
– Прекрати издеваться над пожилым человеком!
Выуживает из недр шкафа, с самой верхней полки тонкие джинсы и с видом победителя уходит в ванную комнату, переодеваться. Ага, то есть «спальню объединить» – это пожалуйста, но «одеваться я буду в ванной»! Детский садик, честное слово.
Впрочем, Сашка не жалуется. Пусть чудит, сколько ему вздумается, лишь бы не болел.
Они идут на пляж не спеша. Всеволод Алексеевич светится от удовольствия и радуется всему подряд: тому, как красиво цветут олеандры, как облагородили набережную, как здорово придумали оформить холодильники с мороженым и тележки с горячей кукурузой и каштанами в советском винтажном стиле.
– В Олимпиаду такие были, – рассуждает Всеволод Алексеевич. – Красивые, нарядные, красно-белые, с никелированными ручками. И продавщицы в белых фартуках. Помню, мы, молодые артисты, специально вызывались в Олимпийскую деревню работать ради того, чтобы наесться до отвала мороженого с вафлями и напиться фанты. А сейчас фанта на каждом шагу и никакого интереса не вызывает. Девушка, дайте две порции каштанов!
Сашка едва успевает притормозить вслед за ним. Всеволод Алексеевич протягивает ей горячий конвертик с орехами.
– Мне же можно их? – уточняет запоздало.
– Понятия не имею, вот честно, – хмыкает Сашка. – Не самый распространенный продукт, чтобы я на память гликемический индекс выдала. Могу погуглить. А лучше ешьте и не заморачивайтесь. По ощущениям поймете.
Улыбается. Франт такой, в голубых джинсах и белой рубашке, у которой две пуговицы расстегнуты, в темных очках. С конвертиком каштанов, которые разгрызает задними зубами. Тоже артистическая привычка? Если сломает зуб, чтоб катастрофа была не так заметна? Сашка, например, руками разламывает, ей зубы жалко.
