Я покопался в портмоне и протянул ей свою визитку.
— Может, пригласишь меня вечером на кофе? — засовывая карточку в свой пестрый ридикюль, спросила Вероника.
Я вспомнил про Катю, поэтому предложил встретиться как-нибудь в другой раз. Мой ответ ее откровенно разозлил. Она отвернулась и мощно газанула. От резкого движения дверь захлопнулась, и я остался в клубах выхлопного дыма. Я был спасен во второй раз.
Оказавшись в стенах своей родной компании «Глории Синема», как и обещал, я сразу же заглянул к Юле. Ее не было на месте. Тогда я спустился к себе и заперся в кабинете. Я сел за свой любимый стол и через минуту уже полностью был поглощен бумагами. Спустя час в мою берлогу вломились сотрудники отдела рекламы во главе с Димой. Они принесли мне большой торт и бутылку хорошего коньяка в честь избавления от Ольги Зуйкиной. Я не стал отказываться от подарка и с удовольствием принимал благодарности. Мне было приятно, что я принес радость стольким хорошим людям, избавив их от одного плохого. Интересно, почему власть имущие так мало делают добра? Это же такое удовольствие! Я сидел такой важный. Меня распирало от гордости за свой поступок.
Когда коллеги разошлись, я еще раз заглянул к Юле, но снова ее не застал. Это показалось мне странным. Я даже хотел позвонить ей, но передумал. Вместо этого вернулся в свой офис и продолжил работу.
Вечером, дома, я полтора часа просидел у зеркала, ожидая Катю. Пока ждал, написал пару эсэмэсок Юле. Одно в стихах. Мы с ней так часто делали. Она не ответила. Мне стало грустно. Когда не отвечают на твое сообщение, кажется, что-то осталось открытым, недоделанным. Это не позволяет сосредоточиться ни на чем другом. Ты все время об этом думаешь. Постоянно смотришь на телефон.
Спустя несколько минут, вместо Юлиного ответа, меня атаковал маньяк. От него даже звонки казались какими-то противными. Чтобы раз и навсегда с этим покончить, я решил поговорить с ним по-дружески.
— Слушай, — сказал ему я спокойно, — я тебя прошу, оставь нас в покое.
— Вас?! — заорал он в ответ. — Значит, уже есть ВЫ! Хорошенькое дело! Мерзавец! Убери от нее свои лапы.
В уме я стал гадать, у слона лапы или ноги?
— Я серьезно! Оставь ее! — продолжал он.
— Да я и не собирался с ней что-то делать, друг мой!
— Ага, подонок! А кто только что эсэмэски любовные посылал! В стихах! Я все отслеживаю! Фу, как мерзко! Ничего, скоро она поймет, кого любит по-настоящему. Колдунья знает свое дело. И для тебя я кое-что приготовил.
— Да знаю. Сногсшибательная женщина, которая должна меня захомутать.
Тут меня как будто кто-то по голове ударил! Конечно! Сногсшибательная женщина! Вероника! Ах ты, коза! Проститутка!
— А ты откуда знаешь про женщину? — удивился маньяк.
— Она сама мне все рассказала, — соврал я.
— Кто? Вероника?! Вот стерва! Проститутка! Ты ей переплатил?
В точку, подумал я. Вот вы и попались, тупицы.
— Нет. Просто, я ее расколол.
— Блин, никому нельзя доверять!
— Сколько ты ей заплатил, глупец! — продолжая выводить его на чистую воду, спросил я.
— Не твое дело, жиголо!
— Ну-ка не груби! Я ведь тоже могу по-плохому. Вот возьму и вообще увезу твою Юлю из города! Что тогда делать будешь? Так что лучше не зли меня. А то применю все свое очарование! Околдую ее и увезу куда-нибудь подальше! Чтоб ты вообще ее никогда больше не увидел, понял?
— Ладно, ладно! Не горячись! Она мне стоила две тысячи евро. Одну уже отдал. Вторую договорились потом, когда все сделает. Дура!
— Значит, две тысячи евро? Да, неплохо дамочка зарабатывает. А ты лопух! На хрена так много денег отдал? Даже не буду спрашивать, что ты там напридумывал. Что она должна была за эти деньги сделать? Ненормальный!
Тут я услышал, как он плачет. Хлюпает и поскуливает в трубку. Мне стало его жалко.
— Ну, ладно, чувак, держись! — сменил я тон. — Будь мужчиной! Умей проигрывать. Выйди из игры достойно!
— Я покончу жизнь самоубийством! Вы меня довели! — простонал его голос.
Я почувствовал, что он говорит серьезно.
— А вот этого делать не надо, дружище!
— Ты меня уже не остановишь! Мне уже все равно!
Я взял паузу, потом сказал:
— Ты знаешь, это мне даже на руку. Ты перестанешь меня доставать. Я наконец-то сделаю Юле предложение. И мы спокойно поженимся.
— Ну, тогда не дождетесь! Буду жить вам на зло! — прорычал маньяк и бросил трубку.
Фух! Я успокоился. Не хватало мне еще этот грех брать на душу. Измотанный, я прилег.
Утром следующего дня я даже не стал завтракать, а сразу ринулся к зеркалу. Как раз в это время в комнату вошла Катя. За ней вбежала девочка. Я вспомнил наш уговор и на цыпочках отошел в сторону. «Иди собери свои вещи», — сказала она дочке и тихо позвала меня. Я вернулся.
— Привет. Я вчера гуляла с подружкой. У нее тоже девочка. Когда вернулись, ты уже спал.
— Я ждал тебя весь вечер. Мне о многом надо с тобой поговорить.
— Поговорим сегодня вечером. Сейчас нам надо идти.
— Хорошо. Только обязательно вечером, ладно?
— Ладно.
Она ушла. Я переоделся, так как вчера заснул прямо в одежде. Попил чайку. Затем поехал на работу.
