Будь у него сейчас эмоции, он бы улыбнулся, но разум диктовал своё: улыбка требовала усилия, которое сейчас не требовалось, было лишним. Вместо этого он начал просчитывать свою модель поведения.
Полагаться на Николауса в этой ситуации было… Опасно. Не настолько, чтобы полностью это отмести, но и полностью опираться на это было нельзя.
А разум шёл дальше, подсвечивая ошибочные поступки человека, и неожиданно далеко идти не пришлось. Сама идея полного отказа от эмоций было неверной. Фалиен почувствовал бы это, что покинуло бы дров в костёр подозрений представителя ЧС…
В этот момент он лишился того света, который помогал ему оставаться беспристрастным, рассудительным, логичным. Возвращению к сознанию, затуманенному эмоциями, скованному моралью, узами дружбы, семьи, долга, воспротивились всё его существо, тут же создавая свой собственный источник. Но опыта не хватало на то, что кушибанин проделывал почти без затрат.
Холодный, как лезвие клинков Алой гвардии, разум тут же отмёл вариант с безрассудной тратой сил, а в следующий момент вернулась та эмоция, которую он всегда заталкивал так глубоко, как мог, и которая стала основанием, на котором стояло всё остальное…
Страх.
Страх вновь всё потерять. Потерять так, что назад уже не вернуть. Никогда.
На этом фундаменте он вырастил интересную личность, зачастую бесстрашную, беспечную, жизнерадостную, но она скрывала в себе огромную бездну, которая образовалась взрывом одного термодетонатора тогда, много жизней назад.
И только сейчас он понял, что не готов, не хочет отдавать всё то, что делало его человеком. Всё возвращалось на круги своя, с неизвестным доселе привкусом, привкусом холодной логики, которую он познал настолько, что простому человеку этого было никогда не понять.
Едва снова став тем, кем был, Рик сделал кислую мину, посмотрев на кушибанина.
— Это не подходит, опасно, — подвёл итог он, — меня могут запалить только на том, что я изменился. К тому же… Не уверен, что мне это вообще подойдёт, в данной ситуации.
— Это опасно и по многим другим причинам, — алиен тряхнул ухом. — Пограничные техники всегда опасны. Сейчас ты воспользуешься ею, чтобы выручить команду, потом — чтобы выручить себя, а там и до принятия самой модели поведения без всякой техники недалеко…
— Что значит пограничные? — вопрос был задан сразу после того, как кушибанин умолк. С теоретическим познанием Силы у парня было туговато.
— Не светлые и не тёмные, — пояснил Бус. — Светлые обычно используют их, чтобы применять тёмные техники, не скатываясь на тёмную сторону. Так мне объясняли. Но всё равно каждый раз ставят себя на грань… и это не проходит бесследно. Даже для них.
Рик обдумывал некоторое время слова Буса, а после вновь спросил:
— Как с этим справляешься лично ты?
— Стараюсь не применять, — алиен не мигая смотрел ему в глаза. — Кроме того, я никогда не утверждал, что я — Светлый…
— А я никогда не утверждал, что я сам Светлый или хочу им быть, — с постепенно светлеющей улыбкой отозвался контр, — но стать аморальным для меня… Неприемлемо. Есть предложения, как обойти феромоны фалиена?
— Ты думаешь, он будет участвовать в бою? — удивился Бус. — Зачем бы ему рисковать собой?
— Я думаю, что после того, как я не применю ни одной демаскирующей техники, он будет несколько… Раздражён. И попробует выпытать необходимое ему доказательство. Я хочу быть готовым к этому моменту.
— На феромоны ловились даже обученные джедаи, — Бус махнул пушистым хвостом. — Если ты на них не поддашься, это будет тем доказательством, которое ему нужно. Другое дело, что даже под ними нельзя принудить сделать то, к чему нет внутренней готовности. Поддаться им, но перебороть — это возможно. Если, конечно, у человека сильная воля.
— Силы воли у меня столько, что можно, — что именно можно, Рик не стал уточнять. — Ты прав, буду импровизировать, исходя из этого.
Он встал и посмотрел в иллюминатор, изучая Маленький Корусант.
— Как Шай? — второстепенных вопросов было много, в отличие от времени.
— Она справляется, — отозвался кушибанин. — Док ей помогает, я тоже по мере возможностей. Когда ты улетаешь?
— Когда соберут отряд для штурма, — подумав, отозвался он, — скоро, а мне нужно сделать ещё одно дельце, минимум… Насколько далеко Лариус может воспринять свою визитку?
— В пределах Луны — воспримет точно, — алиен спрыгнул на пол. — Я ещё нужен?
— Нет, — Рик покачал головой, взяв в руки всё ту же коробочку, — спасибо за помощь.
— Тогда я пошёл, — кушибанин побежал к дверям. — Шай скоро проснётся. Выпусти меня.
Капитан открыл дверь, выпустив старпома, и сам отправился в мастерскую, собирать передатчик.
Тви'лекка нашлась сама — выскочила из мастерской совершенно счастливая, прижимая к груди найденные в мастерской материалы и инструменты, и побежала в сторону кают.
