— Я понимаю, — сказал он наконец. — Это мне ещё повезло, что так мало досталось. В следующий раз буду помнить, что традиции традициями, а ситуация ситуацией…
— Я тебя совсем заговорила, да? — спросила, улыбнувшись, Шер. — Хотелось, чтобы ты больше не думал" хатт-те что", — поддразнила со смехом паренька. — А ты и так всё понимаешь и витаешь уже далеко-далеко от меня. А я распинаюсь… — не задумываясь, она по-свойски, толкнула его плечо своим. Толкнула и опешила. Это непроизвольное движение было из другой жизни, и из другого её возраста.
— Ты про традицию всегда защищать женщин? — не сразу спросила она.
— И про неё тоже, — на этот раз под длинной чёлкой появилась слабая улыбка. — Просто… Понимаешь, я раньше напоминал себе, что это другое общество, другие люди, другие традиции и так далее. Те женщины с "Самоцвета" — я же не заступился за них. Ничего бы я, конечно, один против всех не сделал, но и не попытался ведь. А Дэй… Она ко мне очень хорошо отнеслась. И я не смог отойти в сторону.
— Я понимаю, Лес… Дэй очень тёплая, у неё щедрая душа, способная обогреть всех-всех, золотое сердечко… Мне она временами напоминает маму, — последние слова Шер выговорила совсем тихо. — И защитить её — это поступок настоящего, зрелого мужчины. Но Ник никогда не послал бы женщину на риск, поверь мне… Ни одну женщину, Лес.
— Я думаю, он скоро придёт, — Райно глянул на дверь. — Не нужно, чтобы он меня тут видел. Я пойду. Спасибо за фрукты, и… за то, что не сердишься.
Щуплая длинноволосая фигурка скользнула к выходу.
— Подожди-ка, — вскочившая девушка что-то торопливо положила в салфетку, через которую всё равно просвечивало насыщенно-оранжевым, — погрызёшь на досуге… А ты нашёл себе каюту? А то Муха должен был сойти…или слететь? — запуталась она в определении действия тойдарианца. — В общем, он покинуть нас должен был. И спасибо тебе, что пришёл, и мы поговорили.
Конечно, она умолчала о том, что ей с ним было легко и просто. И что она, пусть на какие-то минуты, но возвращалась на Корусант, в свою юность с её бескомпромиссностью, дружбой, верностью… И верой, что всё это — навек.
— У меня к тебе ещё столько вопросов, и столько любопытства по поводу вашего общества, да и просто… И положи всё-таки холод на живот, и позови, если болеть будет, — оказалось, что самое важное пришлось говорить в дверях. — Приятно было познакомиться, Лес, — фраза опять получилась какой-то занудно- официальной. Слишком много в ней ещё оставалось от имперского лейтенанта и подчеркнуто-вежливой Эни с Нар-Шаддаа. Но произнесённое было исренним. Лес ей понравился.
— Спасибо, мэм. Займу пока его каюту.
Сквозь чёлку блеснули фиолетовые глаза — Лес кивнул на прощание. Дверь за ним закрылась.
"Ну вот, опять "мэм… — с лёгким огорчением подумала Шер. — Хотя… В шестнадцать-то лет такие, как я, казались и мне глубокими стариками", — усмехнулась девушка, убирая со стола. Оглядев каюту, она наткнулась взглядом на "спаливший" её стул с мужской рабочей одеждой. Комбинезон Ника, казалось, ещё хранил его тепло. Шер на секунду уткнулась в него лицом,
Проснувшись, Рик долго прислушивался к ощущениям организма, который, судя по всему, был в кои-то веки доволен жизнью. Посмотрев на часы, он помял себе шею, нажал вызов штурмана, дождался дозвона и сбросил и отправился в санузел на обязательные водные процедуры.
Когда он вернулся, Ник уже сидел в каюте, прямой и подтянутый, словно проглотил эталонный метр. От него веяло чем-то странным — отголоски злого веселья, скользящие в глубине тени…
— Балласт сбросили, — сообщил штурман. — Муха отправлен. Корабль дозаправлен. Летим на Флорн.
Посмотрев на штурмана, капитан задумчиво почесал бороду, потом вздохнул:
— Почему на Флорн? — решив начать с уточняющих вопросов, бросил он.
— Потому что именно там я рассчитываю подобрать аут-пост, — объяснил Ник. — Джетро будет ждать на орбите.
— Лучше бы было встретиться в другом месте, — вздохнул парень, — Флорн находится на дуге до Дака, есть вероятность встретить посторонних. Каково было самочувствие у тойдорианца?
— Хуже, чем следовало ожидать после вмешательства одарённых, — отозвался штурман. — Но намного лучше, чем могло быть. Я договорился о сопровождении медика.
— У нас нет целителей на борту, — Рик безразлично пожал плечами: он мог залатать раны, но вот полноценным целителем себя не считал, да и задатков для этого не видел. — Зато есть врач, её и поблагодарим за проделанную работу. Как себя вёл балласт и куда именно его скинули?
— Высадили на станции с завязанными глазами и без оружия, — флегматично ответил штурман, старательно загоняя поглубже отголоски прошлого, так не вовремя напомнившего о себе. — Лес их выдворил. Я прикрывал.
— Хорошо, — контр кивнул, — есть ещё что-то, что мне следует знать?
Ник медлил с ответом.
— Я восстанавливаюсь, — слезал он наконец. — И становлюсь опасен. Мне стало сложнее сдерживаться. Пока я справляюсь, но… Выводить пленных сам не рискнул.
