Два года назад Эмма впервые в жизни выехала за пределы страны. Недешевый билет для перелета в Испанию был оплачен Хьюго Селестино безоговорочно после того, как мисс Кейтенберг нарушила его покой коротким телефонным разговором.
Визитку, которую он оставил ей тогда на приеме, девушка свято хранила, перебирая в голове слова итальянца, что его можно заинтересовать только талантом. Выдуманная личность Минь Кейто, позволяла неимоверной фантазии девушки воплощаться в жизнь и приносило доход, правда небольшой, чтобы не особо заинтересовались налоговые службы. Придумав легенду, Эмма зарегистрировала имя Кейто, как бренд и во избежания нападок конкурентов отвела их взгляды от ненужных поисков, тем что для публики добавила корейское имя и купила профиль у одной девушки из Южной Кореи.
Она исправно платила налоги и не лезла на рожон, пока сеньор Селестино не обмолвился, что творчество кореянки представляет для него интерес. Лучшего выхода нельзя было и придумать.
Эмма прекрасно понимала, что если она останется в Нью-Йорке, то событие, разрушившее ее жизнь и превратившее в калеку в итоге приведет к закономерному финалу, а этого нельзя было допустить.
Миром правили деньги!
Эта фраза пульсировала в мозгу, превращаясь в универсальный ключ, который мог открыть перед ней любую дверь.
Перелет в Барселону выбил девушку из сил, а голова раскалывалась и грозила лопнуть от боли. Курс физиотерапии закончился и состояние Эммы стало ухудшаться. Врач прописал лечение, которое следовало повторять курсами каждые три месяца, к тому же следовало проходить регулярно диагностику. Ее сбережений на это явно не хватало, а медицинская страховка была дешевой. Каждый день нужно было принимать дорогостоящие препараты. Без перерыва во избежании приступов…
В аэропорте Эль-Прат, Эмму встретила та самая брюнетка, которая сопровождала сеньора Селестино на приеме. Она представилась Самирой и поинтересовалась не желает ли мисс Кейтенберг отдохнуть после перелета.
Эмма отказалась и они сразу отправились к Хьюго, который чуть ли не пританцовывал от нетерпения.
— Что с Вами случилось? — это были первые слова ошарашенного итальянца, когда он увидел Эмму.
Но ответа так и не последовало. Всей правды не знал никто кроме Эммы, лишь общие фразы о грабеже и нападении.
— В нашем разговоре, Вы сказали, что можете предложить мне нечто, от чего я просто не смогу отказаться, мисс Кейтенберг, — итальянец произнес справившись с собой.
Он едва узнавал в усталом, лице со следами сходящих синяков ту красавицу, которая приковывала к себе взгляды довольно искушенных людей.
Слева, ближе к левому виску, волосы на голове девушки были выбриты и уже успели немного отрасти, прикрывая довольно заметный шов.
Она снова промолчала, не пуская с лица Хьюго застывшего взгляда, от которого позли мурашки по коже.
— Весьма самонадеянно Вы тогда ответили только одно…
— Себя, — вдруг произнесла Эмма и Хьюго едва не вздрогнул от ее голоса- пустого и безжизненного.
Эмма Кейтенбрег продала авторские права и зарегистрированный товарный знак «Кейто» в непосредственное пользование Хьюго Селестино, который поначалу сомневался, что его настигла такая удача. Но юристы проверили все и подтвердили слова этой девочки. Как оказалось она была довольно умна и осторожна.
Несколько месяцев Селестино кусал себя за кулаки, скрывая свое приобретение, пока Эмма получала необходимое ей лечение. Она упорно отказывалась рассказывать подробности того, что с ней случилось и Хьюго оставил попытки удовлетворить свое любопытство.
Когда Эмма Кейтенберг внешне стала напоминать нормального человека, Селестино устроил скромную пресс конференцию, где объявил о новом приобретении и представил миру дизайна знаменитую Кейто, после чего его ценник на услуги подскочили до немыслимых, но клиенты выстраивались в очередь.
Девушку хвалили, критиковали, восхищались, опутывали сплетнями и домыслами. А Эмма как будто и не замечала окружающего мира, погрузившись с головой в работу, терпеливо ожидая, когда у нее будет достаточно влияния, чтобы доказать одному человеку, что деньги это еще не все.
Голос Эммы тихо разносился по квартире, за окном стало темнеть и завыл ветер, сопровождая невеселое повествование. Некоторое время двое людей сидели в полном молчании, Эмма чувствовала, как на душе полегчало после того как она выговорилась, а у Ларсона наоборот заскребли кошки.
— А этот… твой работодатель. Кажется, ты ему нравишься, — Ларсон искренне надеялся, что Эмма еще и друга себе сердечного завела.
— Хьюго? Нравлюсь. Но не больше! — подтвердила Эмма и в глазах не промелькнуло ничего радостного.
«И тут не ладно!» — догадался Ларсон.
Позже привезли чемоданы и курьер из службы доставки перенес закупленные по списку продукты. Полупустой холодильник, в котором была только колбаса и молоко, наполнился деликатесами и Эмма твердо заявила, что Ларсон в ближайшее время сможет попробовать кулинарные шедевры испанской кухни, ее собственного приготовления.
