– Да! – Карчеев потер шею, пытаясь успокоиться. – Знакомый судебник рассказал о младшем Волковском, попавшем за долги в казематы. И о его старшем брате. Мне велели найти человека родовитого, молодого, привлекательного, но стеснённого в средствах до состояния… отчаяния! Вы подходили как никто.
– Как вы получили этот заказ?
– Письмом. Там были все условия и обязательства.
– И вы тут же кинулись искать подходящего человека, – не сдержал я усмешки, и Карчеева снова затрясло.
– Это моя работа! Мне заплатили за мою работу! Послушайте… – Он судорожно протер лоб и покрасневший нос. – Все ведь сложилось удачно! Вы вернулись, вы живы и здоровы. И даже, насколько я знаю, весьма преуспели! У вас не может быть ко мне никаких… претензий!
Я задумчиво склонил голову. Интересно…
– Я вернулся, да, – медленно повторил я. – В отличие от моего предшественника. Его тоже отправили в «Золотой луг» вы, не так ли? Некоего Виктора Морозова. Вот только история этого господина вышла совсем нерадостной. Вы знали, что с ним случилось. И знали, что подобное может повториться и со мной.
– Господин Морозов скончался от несчастного случая! Дикие места, тайга! Там разное случается, чему удивляться… – Глазки стряпчего предательски забегали, он сам не верил в сказанное. – Но с вами-то все в порядке, ваша светлость! Я не сомневался в вашем… успехе! Как только увидел на пороге, так сразу и подумал: достойный человек! И несомненно вернется живым и здоровым!
Я усмехнулся, даже не скрывая презрения. При нашей первой встрече Карчеев смотрел на меня как на блоху, упавшую с грязной собаки. Это сейчас он трясется от ужаса и понимания, что несчастный случай может внезапно приключиться и с ним самим.
– Вы отправили меня в тайгу и очень испугались, узнав о моем возвращении. Потому и спрятались, передав вексель через своего служку. Надеялись, что на этом все и закончится.
– Вы порвали ценную бумагу!
Я промолчал. Я отлично помню тот прозрачный осенний день, когда я вернулся в Петербург. Убедился, что брат жив, здоров и не влип в новые неприятности и тут же бросился к стряпчему. Его на месте не оказалось, а мне сунули эту бумагу. Да, я хорошо помню, с какой злой радостью разодрал ее в клочья. И ни разу не пожалел, хотя в тот момент я был беднее церковной мыши.
Это лишь спустя неделю пришло известие, вознесшее Волковских до небес. А тогда я шел по проспекту, не замечая окружающих, и ощущал, что вся моя жизнь рухнула. Осталась там, в тайге. В далеких лесах, где я так и не сумел найти Катерину. Она растворилась среди сосен и кедров, не оставив ни единого следа.
– Как вы узнали, что я выполнил условия сделки?
– Мне пришло распоряжение выплатить ваше вознаграждение.
– Покажите письмо от заказчика, – велел я, отбрасывая воспоминания.
Карчеев мгновение помялся, памятуя о тайне, но потом решил, что заказчик далеко, а я вот – слишком близко. И, поджав губы, протянул мне конверт. Я осмотрел его внимательно, но ни нашел ни монограмм, ни подписи. Бумага внутри оказалась дорогой, конверт – плотным, строчки заказа походили на приказ.
Аккуратно сложив сломанную печать, я увидел оттиск: лист дуба и мелкие символы, плетущиеся внутри, – то ли буквы неизвестного языка, то ли какие-то странные знаки.
Некоторое время я молчал, рассматривая печать. Потом поднял голову.
– Вы ведь согласились на этот заказ не только ради денег, не так ли? Вы не глупый человек, господин Карчеев. Может, не слишком порядочный, но не глупый. Вы знали, что эта сделка… дурно пахнет. Но согласились. Почему?
Стряпчий помолчал. Потом вздохнул, сдаваясь.
– Вы правы, граф. Не хотел я с этим делом связываться, даже за большие деньги не хотел. А когда погиб Морозов… ох. Отказался бы, да никак. – Он кивнул на конверт и понизил голос так, что я едва его услышал. – Все дело в этой печати. Любой человек моей… деятельности, знает, что от заказа с такой печатью нельзя отказаться.
– Вот как? Кому она принадлежит?
– А вот этого не знает никто. А если бы я имел хоть малейшее предположение, то ни за что не стал бы его высказывать. Но я и не имею. Это все, что я знаю, ваша светлость. Я сказал вам все, клянусь.
Стряпчего я покидал, хмурясь. И эта нить оборвалась, а ведь я надеялся… даже сейчас я все еще надеялся. Получив деньги, я первым делом нанял сыщика, отправившегося в тайгу искать следы пропавшей девушки. Но пока и от него не было толку, одни лишь счета. «Российская империя велика, ваша светлость! Следы утеряны! Я прилагаю усилия!» – писал он в отчётах.
Его усилия за три месяца так ни к чему и не привели, возможно, прохиндей просто неплохо проводил время за мой счет. И мне пора послать бездельника к черту и найти более способного человека!