–… мы говорили, что надо рисовать лето, но Катя ведь никого не слушает! И нарисовала зиму, а это ведь совсем не по правилам! Везде солнце и цветы, а тут снег! Но Орест Валерьянович велел оставить, он тогда так странно себя повел, вы помните, девочки? Я думала, он заплачет, у него губы дрожали, и руки тоже… Стоял и все смотрел, смотрел… Наверное, расстроился, что Катька испортила его задумку и нарисовала вот это…
Голос Жерябкиной звенел и звенел, хотелось отмахнуться от него, как от назойливой мухи.
Я точно знал, почему Орест едва не плакал, глядя на удивительно живое изображение. Оно было… поразительным.
И лишь присмотревшись, я заметил еще кое-что. То, что пряталось за крупным, внушительным телом зверя.
Маленькая, нахохлившаяся от снега птичка, сидящая на его рогах. Зимородок.
С трудом оторвавшись от созерцания, я повернулся к ученицам.
– Вы все очень талантливы, девушки, – слегка дрогнул голос, и мне пришлось приложить усилие, чтобы не посмотреть в сторону Катерины. Она так и не подошла, оставаясь в кресле.
– А хотите клюквенный морс, Дмитрий Александрович?– звонко спросила Софья, и я с облегчением кивнул.
Пока девушки спорили о том, кто именно принесет мне чашку с напитком, я устроился за столом. Торжественно вручив мне угощение, ученицы расселись рядом.
– Вы знаете, что случилось, Дмитрий Александрович? Мы видели полицмейстеров.
Я осмотрел девичьи лица и решил сказать правду – хотя бы частично.
– Сыщики ищут пропавшего студента. Парень поехал в Тобольск и исчез где-то между городом и родным Йеском. Пока неизвестно, что именно с ним случилось. Но вам всем стоит быть осторожными, девушки.
Ученицы переглянулись.
– Нам никто не говорит правды, – негромко произнесла Софья, теребя толстую пшеничную косу. – И запирают, когда что-то случается… Словно мы малые дети! А мы ведь уже взрослые. Некоторые и вовсе – невесты!
Девушки истово закивали.
– Наставники беспокоятся о вас, поэтому и пытаются сберечь, – как можно мягче сказал я. Со всех сторон на меня смотрели девичьи глаза: карие, голубые, зеленые… Синие.
– А вы, Дмитрий Александрович? – внезапно краснея, бросила Лидия. – У вас есть невеста? Вы, говорят, приехали из столицы?
– Да, но по правде, я провел там не так много времени и не слишком хорошо знаю Петербург. Мое детство прошло у реки Койвы в Уральских горах. А когда подрос некоторое время… хм… путешествовал. Так что не успел как следует изучить столичные красоты. И не успел обзавестись невестой.
Девушки издали дружный «ох». Лишь одна закатила синие глаза.
– В «Бархатной книге» написано, что Василий Волковский получил графский титул от царя Михаила, – выпалила вдруг Пелагея. – Выходит, это ваш предок?
– А ты, выходит, изучала «Родословную книгу российского дворянства», – искренне удивился я, и девушка горделиво улыбнулась.
– Когда папа́ получил титул барона, он заставил меня выучить назубок все родословные. Надеется найти мне подходящего жениха, титулом не ниже собственного, – хихикнула Пелагея. – Правда, не думала, что эти знания хоть как-то мне пригодятся. А услышав вашу фамилию, вот вспомнила…
– Ты молодец, и у тебя хорошая память, – не стал скрывать я. – Волковским действительно дарован графский титул.
– Значит, вы – граф? – с непередаваемым выражением лица выдохнула Лидия.
– Мой титул мало чем подкреплен, так что почти не имеет значения, – сухо сказал я, досадуя на ситуацию. А девушки оказались куда пронырливее, чем я ожидал!
– Так почему же у вас нет невесты, ваша светлость? – звонко спросила Анастасия.
– Давайте вернемся к обращению «господин учитель», – попытался отбиться я. – Я пока не встретил ту, что согласится разделить тяготы моей жизни…
– Наверняка, она должна быть красавицей со светлыми волосами? – перекинув на плечо русую косу и тараща голубые глаза выдохнула Евдокия.
– Девушки, да как не стыдно! – с ужасом на круглом лице простонала толстушка Анна. – Неприлично такое спрашивать…
– Так у нас здесь не столица. У нас тайга! Здесь все по-простому! Как есть, так и говорим! Так что с невестой? – почти выкрикнула Пелагея, а остальные ученицы дружно придвинули стулья.
Я испытал желание завопить. И сбежать.
И это я, дурак, думал, что направляюсь в обитель учениц как завоеватель? Да я угодил прямиком во вражий плен, еще немного, и эти невинные девицы меня слопают, так что косточек не останется! И где носит Ядвигу Карловну, почему она так долго не возвращается? Оставила меня здесь одного на съедение…
– Так какая должна быть невеста? Русоволосая или темные косы? А глаза, глаза? – наседали ученицы.
– Вот же дурынды, – раздался тихий голос позади.
Я поднял взгляд и увидел Катерину, которая едва сдерживала веселье. Вероятно, мое лицо было преисполнено муки, потому что девушка вдруг выпалила:
– А хотите покажу вам обзорную площадку? Оттуда видно весь пансионат…
– Ядвига запрещает туда ходить… – начал кто-то, но я уже вскочил – поспешнее, чем стоило.
– С большим удовольствием посмотрю!