Я задумался. А что, версия вполне жизнеспособная. И я мог бы в нее поверить, если бы не одно «но». Моя собственная сделка. То, зачем меня сюда прислали. И что-то подсказывало, что и Морозов выбрал Катерину не просто так. Он приезжал за тем же, что и я. И вот этот странный пункт – соблазнить безродную сироту – не укладывался ни в одну из моих теорий. Это просто казалось абсурдным.
Я потряс головой и заметил пристальный взгляд девушки. Стало стыдно за дурные мысли, словно она могла заглянуть в мою голову и увидеть подозрения в убийстве Морозова.
Нет. Не могла она этого сделать. Глядя в ее чистые синие глаза, я знал, что не могла. Только не она. Хотя видит бог, если бы Катерина прирезала гада, пытающегося взять ее силой, я бы ее похвалил, а потом закопал труп мерзавца и плюнул сверху.
Только уверен – ничего подобного Катя не делала. В этой комнате злодей лишь я, тот, кто приехал с тайным и подлым замыслом. Тот, кто втирается в доверие и пытается окрутить ни в чем не повинную девчонку.
Новый виток самобичевания застал врасплох и внутри сделалось горько. Больше всего хотелось плюнуть на проклятую сделку. Потому что врать Катерине становилось все сложнее.
Я полистал книгу, находя нужные слова.
«Скучаю. По тебе».
Девушка выдохнула, опустила голову, ее щеки окрасились легким румянцем. А потом взглянула на меня. И уверено показала:
«Я. Тоже».
На несколько мгновений мы застыли, улыбаясь друг другу.
И мою голову озарило решение. По условиям сделки Катерина до конца месяца должна познать со мой плотские радости, но кто сказал, что я обязан поступить подло? Я ведь могу сделать совсем иначе…
Решение – изумительное в своей простоте – показалось откровением, и в то же время оно ощущалось единственно правильным.
Тяжелая мрачная туча, набухшая за окном, вдруг разорвалась хлынувшим на землю потоком света. Радугой вспыхнула рассыпавшаяся дождевая взвесь. И Ядвига за спиной завозилась, выдохнула и тихо пробормотала:
– Доброе в тайге случилось…
А может, мне это показалось, слишком странные слова для мрачной смотрительницы.
Усыпляя бдительность Карловны, я снова принялся читать, ловя на себе взгляд Кати и улыбку, которую она старательно, но безуспешно прятала.
Из класса я уходил, тоже едва не улыбаясь и пытаясь не думать о новой встрече, о которой мы тайно договорились.
***
Я ждал Катю уже битый час, измеряя шагами пространство небольшой комнатки в заброшенном крыле. Точное время девушка назвать не смогла. лишь обещала, что попытается сбежать.
Ненастье медленно отползало в глубь тайги, небо, хотя все еще хмурое, уже не заливало «Золотой луг» дождем и даже радовало редкими проблесками заходящего солнца. Время близилось к ужину, после которого учениц закрывали в черной башне и не выпускали. А Кати все не было. Не смогла уйти?
Я выглянул из окна, полюбовался на стену бастиона и заросли дикой малины возле нее. Еще раз обошел комнатку. И услышал едва различимые шаги. Обернулся рывком и тут же подхватил на руки легкое девичье тело.
Смутившись порыва, Катерина отступила и чинно оправила юбку. Вот только глаза при этом сверкали озорством.
– Я думал, ты уже не придешь.
– Ядвига следит словно коршун, – сокрушенно проговорила она. – пришлось пойти на хитрость. Анютка притворилась больной, и Карловна потащила ее в лекарскую за микстурами.
– Значит, подбила подругу на обман. – Я погрозил пальцем, девушка насмешливо фыркнула и села на край стола.
– Анюта помешана на дамских романах из библиотеки Еропкина. Я пообещала достать ей новый. Так что она готова изобразить даже умирающую.
– Орест Валерьянович читает книги о душевных терзаниях?
– Пачками! – весело подтвердила Катя и приложила палец к губам. – Только тсс! Это секрет.
Я сделал несколько медленных шагов. Остановился почти вплотную, и сидящая на столе Катя застыла.
– Секрет… – повторил я. – Как мы с тобой?
– Нет. – Она запрокинула голову, глядя на меня. – Тайну Еропкина знает весь пансионат. А нашу… только мы с тобой.
– Мы с тобой… неплохо звучит, да?
Я осторожно коснулся ее лица. Обвел, приподнял подбородок. Погладил большим пальцем ее губы. Горячее возбуждение окатило волной. Все-таки эта девушка действовала на меня слишком сильно…
– Нет, – прошептала она, хотя я уже почти забыл вопрос. – Это звучит… страшно.
– Боишься?
– Да.
– Почему?
Она смотрела не отрываясь.
– В шесть я едва не утонула в топи. Пошла за клюквой и не заметила, как закончились кочки, а нога провалилась в болото. Попыталась выбраться, да увязла еще больше. И чем сильнее барахталась, тем глубже увязала. До самой шеи увязла, Хизер едва успела меня вытащить.
Она вдруг подняла ладонь и, вторя мне, тоже провела по лицу. Я ощутил желание потереться о ее руку подобно большому коту.
– Сейчас я чувствую тоже самое. Что увязаю все глубже, что уже не спасусь. Что осталось чуть-чуть и топь поглотит меня целиком. Вот только… в этот раз я совсем не хочу спасения…
– Нет?
– Нет.
Я поймал ее пальцы и начал целовать. Голова кружилась.
– Я знаю, что не должна приходить, – прошептала девушка. – Не должна хотеть увидеть тебя. Не должна думать о твоих…