– Я, конечно, заметил, что вам нравится созерцать, и разделяю ваше пристрастие, – тихий глубокий голос звучит так, будто он делится со мной великой тайной, – но, поверьте моему опыту, от простого взгляда мужчина не проснётся.
– Действуйте, Василиса.
«Действуйте, Василиса», – мысленно передразниваю его дурацкую манеру растягивать гласные.
– Кай. – Парень лежит на животе, обняв подушку, и на мой голос вообще не реагирует. – Эй, Кай. – Зато реагирует фырканьем его родственничек.
Проклинаю весь белый свет, когда, придерживая футболку, аккуратно опускаюсь на колени перед диваном. Не было бы тут постороннего, запустила пальцы в белоснежные волосы, поцеловала бы.
– Как ваше самочувствие?
– Лучше, спасибо, – отвечаю на автомате, даже не задумываясь. Аккуратно тормошу Кая за плечо.
– Хороший секс помогает при простуде?
Не знаю, какое выражение приобрело мое лицо в этот момент, но на пару секунд дышать точно перестала. Господи, что он несёт?
– Хотя на счет хорошего я, вероятно, погорячился. – Виктор салютует стаканом и делает глоток. Меня же передёргивает от отвращения, злости и откровенно склизких фразочек.
– Кай! – Не кричу, но уже произношу весьма громко, тормоша его за плечо. И Кай реагирует! Переворачивается на спину.
– Мм… – сонное мычание в ответ и все.
– О! Ну коне-е-чно! Вас слово «секс» смутило? Вернее было бы назвать это занятием любовью, да?
– Кай, вставай!
– Угу. – Переворачивается на бок, спиной к мне.
– Вы с Каем недавно, верно? Рискну предположить, что это впервые, когда вы спите вместе. И я сейчас не про секс, а про совместный сон. Приношу извинения за прямолинейность, но любовью тут, по-моему, даже не пахнет.
– Это не ваше дело, – чеканю, стараясь вложить в слова как можно больше равнодушия, хотя внутри все бурлит. И на кого из братьев злюсь больше, сама уже не понимаю.
Невозможно же так спать! И быть таким придурком невозможно. Но вон же он – стоит. Выливает на меня свою желчь. Только я – не сточная яма для сбрасывания эмоциональных отходов.
Никогда еще реальность не расходилась с ожиданиями настолько сильно. Настолько, насколько прекрасна была галерея и его собственные периодически выставляющиеся инсталляции, настолько же ужасным оказался его характер.
– Еще предположу, что ты здесь впервые. Это так?
Интересно, он замечает свои перескакивания с «вы» на «ты» и обратно?
– Просыпайся!
От крика Кай прячет голову под подушку. Это какой-то прикол что ли?
– Кай с четырнадцати мог засыпать под «Синистера» и «Демонов Эмили Роуз», Василиса. – Виктор отлипает от стойки. Медленно, словно правда старается не испугать, направляется в мою сторону со стаканом в руках.
– О чём вы? – Придерживая футболку встаю.
В уголках его глаз можно заметить мелкие неглубокие морщинки. Презрительный прищур, видимо, частый гость на его лице.
– Он вырубается под фильмы про демонов и экзорцизм. Может закрыться в ванной комнате на шумной вечеринке и спокойно уснуть. Кай был диджеем и, представь себе, Василиса, в подсобке клуба мог спокойно спать после ночной смены. Парой ласковых фраз и поглаживанием по плечу ты никогда не заставишь его проснуться, но тебе, должно быть, ничего из этого неизвестно.
В голосе Виктора неприкрытое обвинение и презрение. Насмешка. Снова проклятая насмешка.
– Только не расстраивайся. Смею предположить, что на этой неделе у вас не было времени, чтобы узнать друг друга лучше. Вы, наверняка, были заняты подготовкой твоего душещипательного сопроводительного.
Так вот оно что.
Только сейчас понимаю, как выгляжу в его глазах.
Девушка, совсем недавно познакомившаяся с Каем Бестужевым, в первую же волну собеседований проходит отбор. А потом он застает её у себя дома в одной мужской футболке. И знакома она с Каем всего ничего.
– Не знаю, зачем тебе это, Василиса, но раз прошла конкурс, давай договоримся: не мешай команде в процессе работы.
Одно легкое движение руки. Вода выплескивается из стакана. Кай быстро переворачивается на спину и подскакивает.
– Что за черт? – Неразработанным, глухим после сна голосом бурчит парень. На подушке расползается мокрое пятно.
– Доброе утро, Белоснежка. – Кай вскидывает голову.
Миг – Кай подхватывается с дивана.
Два – Виктор молча разворачивается и уходит в сторону лестницы.
– Посиди пока тут. – Кай уже торопится за братом, но бросает на ходу: – Я быстро, Вась.
Три. Я остаюсь в комнате одна.
***
Никогда еще не одевалась так быстро. Брюки, футболка, и, для уверенности, толстовка Кая.
Так, почему бы не объясниться?