– Я, – раздался сдавленный голос Миро. – Я пытаюсь отпереть дверь в сад.
Что-то мягкое коснулось руки Имоджен.
– Мари! Это ты?
– О чём ты?
– Тут что-то шевелится!
– Это великуры, – объяснил Миро. – Здесь их держат первое время после того, как привозят из леса, – до тех пор, пока они не смирятся, и им можно будет подрезать крылья. Помоги мне с засовом!
Имоджен пошла на его голос и стала на ощупь искать дверь. Стражи громко переговаривались в коридоре.
– Куда подевались эти паршивцы?
– Они не могли далеко уйти!
– Всё в порядке, – прошептал Миро. – Я закрыл за нами дверь. Они не смогут сюда войти.
Наконец Имоджен нащупала засов в нижней части садовых дверей. Она присела и попыталась сдвинуть его, не поднимая лишнего шума. Великуры вокруг начали волноваться.
– Странно, – сказал один из стражей. – Дверь не открывается.
– Отойди, дай я попробую, – сказал второй.
Великуры стали вести себя тише. Лофкинья цокала языком, и эти звуки каким-то чудом успокаивали птиц. Они почти угомонились, но тут тяжёлый удар в дверь вновь заставил их сорваться с места. Птицы пронзительно закудахтали, одна из них с разбега врезалась в Имоджен, едва не опрокинув её на пол.
– Нужно поднять эти засовы, – сказал Миро. – Это наш единственный выход отсюда.
Но задвижка, которую пыталась сдвинуть Имоджен, не желала поддаваться.
Дверь содрогнулась от нового удара, Мари всхлипнула. Судя по всему, стражи пинали дверь ногами.
Засов, над которым трудилась Имоджен, вышел из пазов. Должно быть, Миро тоже сдвинул задвижку со своей стороны, потому что ворота широко распахнулись. Лунный свет хлынул внутрь. Великуры ринулись к выходу. Имоджен едва успела отскочить в сторону, чтобы её не растоптали.
Когда последняя великура покинула птичник, Имоджен поискала глазами Мари. Её сестра сидела в дальнем углу, зарывшись в сено.
– Я не могу встать! – захныкала Мари. – Мой мешок слишком тяжёлый!
Имоджен помогла ей подняться на ноги.
– Мари, тебе придётся поймать великуру и сесть на неё верхом. Ты справишься?
Мари неуверенно потупилась.
– Ты можешь хотя бы попытаться? – взмолилась Имоджен.
Мари кивнула.
– Хорошо. Уже хоть что-то.
Сёстры выбежали в сад, залитый лунным светом. Оставшаяся за их спинами дверь между птичником и замковым коридором слабо подрагивала, готовая сдаться под напором стражей. Бум, бум, бум. Стражи ломились внутрь.
А впереди обезумевшие от радости великуры с заполошным кудахтаньем носились по цветочным клумбам. Одна птица ломилась через кусты. Две другие уже скрылись в розарии.
Лофкинья поймала пробегавшую мимо здоровенную птицу за шею и ловко вскочила ей на спину. Имоджен выбрала себе птицу поменьше, стоявшую около фонтана. Великура пила воду, но стоило Имоджен подойти ближе, как она с сердитым клёкотом взъерошила перья, словно приготовилась к драке. Имоджен бросилась к ней со всей прытью, на которую была способна с тяжёлым мешком за спиной, и промахнулась. Она предприняла ещё одну попытку. На этот раз ей удалось схватиться за птичьи перья и вскарабкаться великуре на спину, чудом избежав удара тяжёлым клювом в голову. Крепко обхватив великуру за шею, Имоджен поджала ноги, как делала это, когда гонялась наперегонки с Мари. Птица завизжала и забегала кругами, позволив Имоджен бегло осмотреть весь сад. Миро нигде не было видно, зато она заметила Мари, которая пыталась оседлать самую маленькую птицу. Стражи бежали к ней, их мечи зловеще поблёскивали в темноте.
– Мари! – закричала Имоджен.
Её птица резко свернула вправо. Имоджен попыталась заставить её развернуться назад, но великура и не подумала подчиниться. Она описала шаткую восьмёрку, потом снова повернулась в сторону замка, и Имоджен успела увидеть, как Лофкинья спрыгнула со своей птицы, чтобы подсадить Мари. Имоджен поняла, что всё пропало. Сейчас стражи их поймают. Они ни за что не успеют сбежать, ничего поделать уже нельзя…
В следующий миг птица, на которой сидела Имоджен, сложила крылья, да с такой силой, что едва не расплющила девочке ноги, и бросилась бежать – прямо в сторону живой изгороди. На бегу она расправила крылья и быстро замахала ими. Изгородь была уже совсем близко. Имоджен почувствовала, как напряглись и задрожали мышцы великуры. В последний миг, когда девочка решила, что всё кончено и сейчас они врежутся, – они поднялись в воздух. В животе у Имоджен ёкнуло. Верхушка живой изгороди царапнула подошвы её ботинок.
Она летела!
Великуры, на которых сидели Миро, Лофкинья и Мари, тоже оторвались от земли. Имоджен всем телом наклонилась вперёд и обняла свою птицу за шею. Посмотрев вниз, она с трудом разглядела фигурки стражей, над головами которых они проносились. Птицы были слишком высоко. Стражи ревели от ярости.
Великуры поднимали детей и охотницу всё выше и выше.
Девочка снова посмотрела вниз и увидела тающий силуэт замка. Земля стремительно уменьшалась, а Имоджен поднималась ввысь, покачиваясь в потоках воздуха.
– Спасибо, – прошептала она в ухо великуры.
