– Правда? – Лео чуть на месте не провалился, случайно заметив, как полуголая дамочка тормошит штаны оседланного ей здоровяка. – Ну… если вам вправду нравится…
– Нравится, да ещё как! – заверила княжна. – Пусть, есть здесь свои неудобства, но… – Миру всю бросило в жар от неловкости, когда глазами она проследила за взглядом Лео. – Но такова жизнь. Нам этого никак не исправить.
Оба ненадолго замолкли, нарочно отводя взоры от бесстыжей парочки, начавшей уже издавать непристойные звуки и бросаться грязными, распущенными обещаниями друг в друга.
– Здесь ведь ещё остались свободные столы у окон, вы не находите? – поспешил предложить молодой маг.
– Верно, – согласилась княжна. – Не будем им мешать.
– Но кто же вы? – продолжил беседу Леонард, когда они переместились.
– Вы разве так и не догадались? – улыбалась девушка в ответ.
– Думаю, такие привилегии, как целый отряд стражников, под стать только приближенным к дворцу герцога, – предположил маг. – Прошу прощения, князя.
– Приближенными? – хихикнула Мира. – Вы сказали – герцога?
– Да… я не из ваших краёв.
– Не может быть! – изумилась княжна. – Неужели вы родом из Земли Вечных Садов?
– Так оно и есть, – подтвердил Леонард. – Мятежный маг, с позором изгнанный из Школы Рассветной Росы.
– Невероятно! – неподдельным удивлением взвизгнул её голос. – И как же удалось вам завоевать расположение всех этих разбойников?
– А разве жители Крокснорта не бежали когда-то с Земли Вечных Садов, как и я? Не думаю, что кому-нибудь стоит знать об этом. Я ведь ещё не рассказывал…
– И я буду помалкивать, – заверила его Мира и настороженно осмотрелась.
– Всё же, вы так и не ответили…
– Князь Брола – мой отец, – призналась Мира. – Ага. Вот так.
Громко закашлялся Леонард, но эту неловкость вовремя разбавил халдей, подошедший к ним.
– Мы… Эм… – проговорил конопатый мальчишка, раскланявшись перед своей княжной. – У нас только пиво и… совсем уж горячее.
– Пиво так пиво, – по-свойски мазнула рукой Мира. – Но только самое крепкое и побольше.
Лео стал кашлять ещё ядреней.
– Вы… точно уверены? – похлопал он себя по груди. – Вряд ли это походе на что-нибудь из дворцовых напитков.
– Дворцовых напитков? Ха! – лучезарно засмеялась Мира, показав ровные, белоснежные зубки и Леонард, увидев их, почувствовал, как внутренности его растекаются, плавясь, точно сыр на сковородке. – Кому вообще нужен этот ковантийский сок? Скукотища. Вот от неё я, наверное, и любила втихомолку выпить с отцовскими вояками. – Девушка неловко прикрыла губы рукой, вспомнив о приличии. – Но только это большой секрет. Прошу, никому не рассказывайте. Им сильно влетит, если их государь узнает.
– Нам ещё еды и побольше. Я страшно проголодался, – объявил Леонард служке, заметно освоившись. Он приложил палец к губам и тихонько добавил. – И никому ни слова о бурной любви этой милой леди к выпивке.
– Будет сделано! – шлепнул сапогом об сапог халдей, поклонился так, что едва ли не стукнулся лбом об стол и поспешил исполнить заказ.
– Ну и что с того, что ты княжеский солдатик? – буянил лохматый здоровяк, очевидно, хорошенько перебравший. – А, нет! Есть кое-чего. Я просто не могу взять и вмазать тебе. Потому-то ты и такой храбрый!
– А чего ещё придумаешь, а? – отвечал тому красномордый ратник, скидывая на пол кольчугу. – Думаешь, жаловаться побегу? Думаешь?.. Да клянусь своим мечом, это будет самая честная драка! Давай, подходи!
Размашистый удар завсегдатая был перехвачен, а за тем тот отправился в недалекий перелет. Шлепнувшись на стол и раздавив своей задницей остатки сочно, жирного, запечённого поросенка, он принес самые вежливые и глубочайшие извинения тем троим, что давненько уже умаялись пережевывать нежное и вкусное мясцо, и по-ребячески радовались занимающимся представлением. Пожелав удачи своему приятелю, они помогли ему вернуться в боевое положение, и не забыли напомнить, что честь всех любителей кулачных боев из Медвежьего Хрена полностью сжата сейчас в его кулаках. Здоровяк, воодушевленный столь великой ответственность, возложенной на него в тот миг, зарубил себе на носу, что впредь будет действовать умеренней и обдуманней. И, вернувшись, к своему оппоненту, завальсировал вокруг него, больше не предпринимая опрометчивых, поспешных выпадов.
Весь Медвежий Хрен вскочил на ноги. Столы, как от взрыва, разом разъехались к стенам, а постояльцы и княжеские воины хороводом образовали импровизированную арену для выступающих. Больше никто из этих двоих не летал слишком уж далеко, и упасть теперь было труднее. Живые стены арены, улюлюкая и горланя, учтиво помогали бойцам подняться всякий раз, когда те валились с ног от пропущенной внушительной оплеухи, да или просто от пьяного угара.
Нужно сказать, представление их было мастерским. И тот, и другой драться умели хорошенько, но то, когда были потрезвее. Сейчас же, часто останавливаясь отдышаться или переждать, когда голова перестанет кружится после очередного резкого взмаха, смотрелись они до безобразия смешно, однако, наблюдать за их сражением от того было стократ занятней.
