Сердце начинает биться быстрее. Быстрее. Еще быстрее. Мне нужно, чтобы он поднял голову. Нужно увидеть его глаза. Мысленно приказываю ему, но он словно не чувствует. Я уже собираюсь к нему подойти, как вдруг в поле моего зрения оказывается какая-то девушка.
И мужчина наконец поднимает голову. Хотя нет, на самом деле, он ее раздраженно вскидывает.
Его глаза голубые — пронзительно голубые, пылающе голубые. Как самая обжигающая часть пламени или как тушащая его вода.
— М-м… Привет, — произносит девушка, и ее собранные в хвост светлые волосы еще покачиваются от ходьбы.
Незнакомец не отвечает. Просто смотрит на нее из-под густых темных ресниц.
— Я тут подумала… не могли бы вы помочь мне достать оттуда книги? — девушка показывает на деревянный стеллаж в другом конце зала, высотой почти до потолка и рядом с которым стоят две другие девушки. Они хихикают между собой, когда мужчина смотрит в ту сторону.
Она серьезно, что ли? Клеить парня в книжном магазине таким образом — это так банально.
Ладно, мне ли судить? С Калебом я проделывала подобное бесчисленное количество раз, притворяясь девицей в беде, чтобы он пришел и спас меня.
Тем временем девушка ждет его ответа. Но молчание длится уже несколько секунд, и мне за нее становится неловко. Молчание — худший ответ того, чье внимание ты пытаешься привлечь.
Затем напряженная поза незнакомца немного расслабляется, и он пожимает плечами.
— Я бы с удовольствием тебе помог, вот только забыл свою лестницу дома.
Его голос низкий и гортанный. Почти рычание, заставляющее меня задрожать.
Он произносит эту фразу с такой невозмутимостью, что даже я озадачена. Разве в магазине нет лестницы? Но потом по притворно невинному выражению его лица понимаю, что он пошутил, и несмотря на дрожь по всему телу, тихо усмехаюсь.
— Но тут есть лестница. Смотрите, — говорит девушка и показывает на прислоненную к стеллажу темно-коричневую деревянную лестницу. Ее подруги продолжают таращиться на них обоих.
— Я вижу, — почесывая подбородок большим пальцем и постукивая остальными по бицепсу, бормочет в ответ мужчина.
Вокруг его глаз пролегли жесткие линии, которые, в зависимости от поворота головы, кажутся то чуть более, то чуть менее заметными. Он снова пытается себя контролировать. Он терпеть не может, когда его прерывают, и теперь решает, как быть. Все это, конечно, лишь догадки с моей стороны, но я права. Уверена в этом.
— Я ужасно боюсь забираться на нее на каблуках, — объясняет блондинка.
— И зря, — возражает незнакомец. — Я постоянно это делаю.
— Что делаете?
— Забираюсь на лестницы на своих каблуках, — невозмутимо отвечает он и что-то рассматривает, глядя вниз — наверное, ее туфли. — Ага, вижу, почему у тебя возникли проблемы. Шпильки. Ты боишься с них упасть. Опасные штуковины. Смертельно опасные.
На какое-то время наступает тишина.
— Вы ведь шутите, да?
— Нет, я никогда не шучу насчет каблуков, — он сжимает губы. — Как и насчет юбок, благодаря которым мои ноги выглядят стройнее. Никаких шуток.
— Что? — взвизгивает девушка.
Мужчина отступает на шаг, выглядя при этом оскорбленным.
— Ты не считаешь, что мои ноги в юбке выглядят стройнее? Думаешь, я толстый?
— Ч-что? Я не… Я бы никогда…
— Да, я съел коробку шоколадного мороженого и да, пообещал себе не увлекаться сладким, — тут следует глубокий драматичный вздох, — но все же сорвался. А раз ты симпатичная и при этом блондинка, то решила, будто можешь ставить под сомнение выбор мужского гардероба? — его голубые глаза смеются, а в уголках пляшут морщинки. Я поджимаю губы, чтобы не фыркнуть.
— Я… Я даже не понимаю, о чем вы. Просто подошла за помощью, — возмущается раздраженная девушка.
Веселые морщинки вокруг глаз незнакомца снова становятся резкими линиями.
— Тогда позволь я поделюсь с тобой одним маленьким секретом, — он понижает голос, и я инстинктивно подхожу поближе. — Я не из тех, кто помогает, — потом кивком показывает в сторону ее подруг. — Тебе стоит уйти и играть с людьми твоего возраста и уровня интеллекта.
После чего ставит книгу на полку, смотрит на часы и выходит из магазина, оставив нас обеих в недоумении.
Блондинка фыркает и идет к своим подругам.
Выходит, голубоглазый курильщик записной говнюк. Мне жаль девушку, пусть и не удается сдержать вырвавшийся смешок.
Если он такой, когда себя контролирует, то даже не представляю, что будет, если даст себе свободу. Подхожу к месту, где он стоял, и беру оставленную им книгу. Ролан Барт «Фрагменты речи влюбленного». Безобидная книга с неприметной черной обложкой. Интересно, чем она так его разозлила. А еще мне интересно, как мог выглядеть наш разговор, если бы состоялся. Я даже не знаю, что ему сказать, кроме как:
