– Это не одно и то же, Тэд, ты знаешь. Себастиан пострадал не из-за вашей истории. Поэтому он вспомнит. Я уверен, он ещё удивит тебя. Всех нас.
– Я уже и так неслабо был удивлён, когда услышал, что у вас был роман, – вмешался Джефф. – Он же выглядит как фотомодель, а ты, Тэд… Да у тебя телосложение как у пенсионера!
– Да, хотел бы ты моё телосложение как у пенсионера, – поддел его Тэд, пихнув кулаком в плечо. И пока все смеялись, добавил: – Чёрт! Как группа поддержки, вы – лучшие! Хотя, серьезно... если он так и не вспомнит о нас, думаю, что у меня есть только один выбор. Продолжать жизнь без него.
– Вообще-то, я лично считаю, что тебе следует это сделать, даже если он и вспомнит о вас, ты так не думаешь, Тэд? – спросил Ник резко. Дело в том, что он просто не понимал этой связи и не хотел видеть, как его друг страдает.
Не так, как страдал Блейн.
Встреча с Куртом была чем-то немыслимым для Ника, и он знал, что и для других это было более чем странно.
Заново представляться ему, делать вид, будто они видятся впервые, как просил их Блейн...
Абсурд.
Этот парень неделю спал в его постели, в его доме в горах, где скрывался вместе с Блейном после того, как тот сбежал от того мудака, его отца, в очередной раз.
Они провели всю ночь бок о бок, отмывая лицо Блейна от крови.
Ник слышал, как он сопровождал словами «Я тебя люблю» каждое новое прикосновение, стирая запекшуюся кровь с лица своего парня.
И Курт ничего не помнил.
Ник видел его потрясённым и разбитым тем, что было сделано с его Блейном.
И он не помнил.
Ник видел, как Блейн страдал от этого.
И не хотел, чтобы подобное случилось с Тэдом.
– Я не хочу больше страдать, Ник. Поэтому, я так и поступлю, – сказал Тэд, словно подтверждая его мысли. – Я здесь, только чтобы помочь ему. Прежде всего, мы друзья. Когда-то мы, все мы, я имею в виду, были как одна семья. Это по-прежнему так, нет? Я должен помочь ему. Должен сделать всё что могу для него. Даже если я не смогу сделать его счастливым… Но это, несмотря ни на что, я ему должен.
Счастливым.
Нет, Тэд не мог сделать счастливым Себастиана.
Больше нет.
Только Курт мог.
И Эрика, конечно.
Но Фейт не хотела, чтобы малышка видела его в больнице в таком состоянии, и Себастиан был с ней в этом согласен.
Курт так и не познакомился с ней до сих пор, несмотря на его добрые намерения. Насколько Тэду было известно, они говорили об этом с Себастианом, да, но не приняли никакого конкретного решения по этому вопросу.
Тэду Хаммел не был особо симпатичен по многим, слишком многим, причинам.
Помимо Себастиана, был ещё тот факт, что он не понимал, как он мог забыть Блейна.
Теперь, когда он и сам входил в ряды забытых, это казалось ему ещё более неправильным.
Настоящий отстой, вообще-то.
Это не то же самое, если история просто заканчивается из-за отсутствия любви, или ещё чего-то.
Это ужасно, конечно, но со временем принимаешь это.
Нет, это было, как будто всё внезапно оказывается вырвано у тебя из рук, без возможности выбора, в то время как ещё продолжаешь любить и знаешь, что для другого это так же.
Только... он не помнит этого.
Для него ты перестал существовать.
Он не видит тебя так, как видел бы, если бы не травма.
Любовь, которая закончилась, может ранить.
Любовь, которую у тебя вырвали, убивает.
Однако, чем больше он общался с Хаммелом, тем больше понимал его.
И вынужден был признать, что между ними было больше общего, чем он ожидал.
Во-первых, Курт совершал его же ошибку: он отодвигал на второй план себя, ради блага кого-то другого.
В его случае, как Блейна, так и Себастиана.
И это не могло закончиться хорошо.
Курт провёл весь тот месяц, будто бы в подвешенном состоянии.
Его сердце разрывалось между радостью из-за возвращения Себастиана и тревогой из-за того, что он не знал, как быть с Блейном.
Он не хотел терять его, в этом он был уверен.
Блейн был не только его любовником и парнем, к которому он испытывал глубокие чувства.
Он был также его другом.
Весь тот месяц он продолжал ночью забираться в постель к Блейну, и продолжал играть роль преданного парня с Себастианом.
В двух словах: он сам себе был противен.
Он не чувствовал себя ни сексуальным, ни смелым и уж точно он не чувствовал себя сильно умным.
Он чувствовал только вину.
Он знал, что Блейн не понимает его.
Блейн говорил, что перед ним не тот сильный и решительный Курт, с которым он был знаком когда-то.
И Курт знал, что это правда.
Себастиан, со своей стороны, догадывался о чём-то и часто чувствовал себя с ним неловко.
И часто просил подтверждений того, что всё между ними как прежде. Подтверждений, которые Курт давал, и не только на словах.
В первый раз он прикоснулся к своему мужчине немного более интимным образом через неделю с момента пробуждения.
Они были одни в его палате, и Бас был обессилен после очередного сеанса физиотерапии.
Он был утомлён, а также обескуражен и разочарован тем, насколько незначительными были улучшения, которые он видел.
Курт решил сделать ему массаж, чтобы помочь расслабиться.
И вскоре обстановка накалилась.
Он соскучился по этому телу.
По его жизненной силе, его мощи.
