Волна изумления прошла по залу заседаний. И по всей планете. Максим нажал кнопку на панели трибуны, и за кафедрой, вместо голограммы капитана «Эльдара-1» появилось увеличенное в несколько раз изображение очень бледного человека. Точнее, этот кто-то выглядел как человек, но не являлся таковым, ибо был рождён в другом мире. Он был одет в просторную мантию, чем-то напоминающую одеяния членов Совета, но более простую, не вычурную. Ноги его были босы, на голове красовалась что-то наподобие фески, а в руках «человек» держал свиток и, видимо, в запечатлённом мгновении произносил речь.
– Дамы и господа, – Максим указал на голограмму жестом профессионального конферансье, – это представитель разумной расы редимеров. Почему мы решили дать им именно такое название, вы поймёте чуть позже. И, думаю, согласитесь с ним. Планету – предварительно, конечно, – мы назвали Редим.
Максим видел, что спикеры вместе с почётными гостями перешёптываются, обсуждая увиденное и услышанное. Но он решил не сбавлять темпа:
– Представленная раса, по грубой оценке, имеет возраст около четырёх-пяти тысяч лет. При этом они находятся на уровне… мм… что-то между нашим Средневековьем и Эпохой Возрождения, из чего можно сделать вывод, что редимеры склонны к гиперэволюции. Внешне они практически идентичны нам, за исключением некоторых параметров: несколько иная форма черепа, чуть изменён скелет – например, вместо двух костей предплечья у редимеров их три. Позже, если Совет позволит, подробный отчёт будет выложен в открытый доступ. Но есть одна особенность, которая существенно отличает людей от редимеров.
Как я говорил ранее, планета окружена неким полем. И каждый редимер, а возможно и каждое живое существо, имеет ментальную связь с этим полем, находится с ним в телепатическом симбиозе. В свете этого факта открываются интересные возможности. Например, некоторые индивидуумы – у нас бы их назвали магами или псиониками – могут использовать эту ментальную связь для влияния на физический мир: контролировать других, менее развитых редимеров, пользоваться силой мысли для физических воздействий и в каком-то смысле даже предвидеть будущее. Говоря нашими словами, могут творить чудеса. Но таких – единицы на миллионы. Подавляющее большинство не умеет пользоваться этой связью, что, я думаю, является вопросом времени. Все же есть одно свойство, присущее всем редимерам без исключения.
Когда редимер должен умереть, за некоторое время до часа Х он начинает… пожалуй, самое подходящее слово для этого – «фонить». В среднем фон начинается за тридцать шесть часов до наступления смерти. Мозжечок редимера начинает испускать неизвестный тип излучения. Хотя в этом моменте у нас с моим техником, – Максим кивнул в сторону Алана, – возникли разногласия. Алан утверждает, что мозжечок не фонит сам по себе, а лишь отражает сигнал, посылаемый полем планеты. Тем самым поле посылает предупреждение о близящийся смерти. Сами редимеры об этом не подозревают, это непроизвольная реакция. И, дамы и господа, из этого напрашивается очевидный вывод. Мне нужно его озвучивать?
Госпожа Председатель слегка улыбнулась и кивнула: «
Максим сделал глубокий вдох:
– Редимеров можно использовать для добычи айона. Мы проверили, это факт. К сожалению, образцы довезти не удалось – нанобиоты погибли. Это объясняется разницей между нашими нервными системами.
В зале заседаний воцарилась гробовая тишина. Каждый обдумывал сказанное, и Максим видел весь спектр эмоций на лицах спикеров. Радость – новость была потрясающей, решающей многие проблемы. Тревога – принятие определённого решения порождало новые проблемы, в основном морально-этического характера. И стыд – сделав этот шаг, человечество признало бы, что стало самым настоящим паразитом.
Наконец один из советников поднял руку:
– Госпожа Председатель, если вы не возражаете, я первым хочу взять слово.
– Прошу вас, старший советник Рэй, – кивком головы женщина указала на кафедру.
Пока остальные советники перешёптывались, старший советник Рэй занял место за трибуной.
Максим знал этого человека. Немного. Знаменитый писатель-фантаст и успешный политик в прошлом, Рэй Суокил неофициально считался вторым по значимости членом Совета Вечности. Хотя формально все старшие советники равны между собой, как и младшие. Если Максиму не изменяла память, Рэю было около трёхсот пятидесяти лет, не считая времени, проведённого в анабиозе. Немного тревожило, что именно он взял первое слово, да ещё так скоро.
Советник откашлялся.
– Приветствую, дамы и господа. Прежде всего, хочу поблагодарить Максима Грановьева за замечательный доклад, а также поздравить капитана «Эльдара-1» и его экипаж, – лёгкие кивки Алану и Жевалье, – с успешным завершением миссии. Поверьте, мы все с нетерпением ждали вашего возвращения из столь далёких глубин космоса. Вы вернулись – и принесли потрясающие новости, я признаю это. Но, очевидно, проблема в том, чтобы решить, что именно считать хорошей новостью.
