Когда весенние и летние посевы трав были завершены, он организовал борьбу с сорняками. Драгоценные травы пропалывались вручную, и этой работой занимались все члены семьи. Вилма приглашала школьников, которые работали за молочные продукты, мясо и яйца. Родители были рады послать детей подработать у них на хуторе, потому что дети были присмотрены и накормлены, а также приносили домой продукты.
С начала июня травы собирали, перевязывали в пучки и развешивали под огромным навесом. Когда травы были упакованы в холщовые мешки, настало время их реализации. Виталий заранее нашел несколько фармацевтических и косметических фабрик, которые закупали лекарственные травы и договорился с ними о сроках и объемах поставки. Ему повезло, потому что на фармацевтической фабрике в Кингисеппе он встретил своего институтского преподавателя Моисея Яковлевича Прудонского, который работал на фабрике главным технологом. Виталий обрадовался и подумал: «Как хорошо, что здесь работает такой специалист. Будет, с кем решать вопросы».
А вопросов со сбытом да и с легализацией произведенного им товара в советское время было немало. Виталий официально нигде не работал с того времени, как уволился из Мурманского морского биологического института и не получал заработную плату. Всю зиму они прожили на его сбережения. Вилма тоже не работала, но в советское время для женщины это было возможно: она числилась домашней хозяйкой. Виталию нужно было найти какую-то заготовительную контору, которая могла перепродать фармацевтической фабрике его травы. И Моисей Яковлевич помог ему в этом щекотливом вопросе.
– Вам нужна какая-то заготконтора для легализации вашего товара, – сам начал этот разговор Моисей Яковлевич, – но их почти не осталось, Хрущ-кукурузник145 все конторы извел. Сейчас такая контора на вес золота.
– Но, как я понимаю, у вас такая есть, – продолжил разговор Виталий.
– У нас, по счастью, есть. И хорошо, что вы из Эстонии, мы проведем вас как эстонского фермера. Правда, фамилия у вас подкачала – совсем не эстонская.
– У меня жена с эстонской фамилией, и еще есть люди с соседних хуторов, которые не откажутся оказать мне услугу: мы друг другу помогаем.
– Это совсем другое дело. Я вас отправлю в контору «Заготживсырьё», они работают со шкурами, рогами, копытами, пером, пухом, а также, что важно для вас, с лекарственным техническим сырьем. Здесь схема такая: вы с ними подписываете договор на продажу ваших трав, а мы, то есть фабрика, у них этим травы покупаем.
– Я все понял, а сколько это будет стоить?
– У них свои расценки на сырье по трем категориям. Я договорюсь, что ваше мы берем по первой категории и, следовательно, по максимальной для вас цене. Обычно они отличное сырье берут максимально по второй категории.
– Хорошо, а с кем я должен делиться прибылью?
– Как приятно с вами иметь дело. А прибылью вы будете делиться со мной. И в контору ваши мешки возить не нужно: приезжайте сразу ко мне, мы составим и подпишем бумаги, я потом их сам подпишу в заготконторе, и уже они перечислят вам деньги на сберегательный счет.
– А когда я смогу получить свои бумаги назад?
– Как часто вы нам будете возить травы? Наверное, раз в неделю. Вот приедете в следующий раз и все бумаги получите.
Виталий был доволен и возобновленным с Моисеем Яковлевичем знакомством, и предложенной схемой работы. Ему очень импонировало то, что Моисей Яковлевич – еврей. «Такие, как он, не обманывают, – думал Виталий. – Отлично, что я его встретил. Но нужно подумать о Вилме, в таком деле пригодится ее бухгалтерский опыт».
Виталий рассказал Вилме о том, что продавать сырье будут от ее имени, и попросил переводить семьдесят процентов денег на его счет.
– Ты мне очень дорога, Вилма, и ты тоже должна что-то зарабатывать от нашего совместного предприятия. Тебе нужно становиться состоятельной и независимой женщиной.
Влюбленная в него Вилма отвечала, что она всю жизнь мечтала о таком мужчине, как Виталий, и что для нее высшее счастье – зависеть от него.
– Хорошо, моя дорогая. Но мы должны устроить в доме маленькую контору. Я куплю тебе печатную машинку, и ты будешь готовить эти договоры, чтобы я не перепроверял документы после конторских теток. Тебе я доверяю и знаю, что ты будешь аккуратна в делах.
– Я печатала раньше и вела бухгалтерию, то есть, бухгалтерские книги.
– Ну вот и будешь вести бухгалтерские книги: наши доходы и расходы. Надеюсь, что это тебя развлечет.
Уже в первый год они полностью окупили вложения Виталия в хутор и сельскохозяйственные орудия и даже заработали две тысячи рублей, что по тем временам было годовой заработной платой среднего инженера. Но Виталия радовали не деньги, а то, что он ведет свое дело, при том что в СССР это практически невозможно.
Через год Виталий купил себе новую Ниву, а свою отдал Вилме. А к весне они купили в совхозе списанный трактор «Беларусь, в котором предусмотрительно заменили все важные детали на новые».
