В пятницу вечером Эмми увидела Джека и Лолу в общей комнате. Она помедлила, а потом стала подниматься наверх. Она знала, что ей следует извиниться перед Лолой. Но она также знала, что пока не готова это сделать. Поэтому Эмми вытащила телефон и набрала мамин номер.
– Какой приятный сюрприз! – сказала мама. – Но я не могу долго говорить, я еду в аэропорт.
– Ладно, но у меня всего один вопрос. Почему ты отправила меня в Уэллсворт?
– Милая, мы об этом уже говорили. Я не могла оставить тебя одну, пока будут идти съёмки, и…
– Нет, почему ты выбрала именно Уэллсворт? Почему не другую школу в Англии или какую-нибудь школу-интернат в Штатах?
В трубке воцарилась тишина.
– Я знала одного человека, который там учился, и ему очень понравилось.
Сердце Эмми забилось быстрее.
– И кто это?
– Один друг, которого я встретила, пока жила в Англии.
– Как ты с ним встретилась?
Мама ответила не сразу.
– В университетской библиотеке. Он всегда сидел там допоздна, как и я. Мне приходилось днём работать, чтобы заплатить за обучение, поэтому я всегда делала домашние задания по вечерам.
Эмми сглотнула. Она никогда раньше не слышала эту историю.
– Ты сразу поняла, что вы будете друзьями?
– Не сразу. Иногда для этого нужно время.
– Ты скучаешь по нему?
– Я… – На другом конце раздался шелест. – Прости, Эм. Мне надо идти.
– Подожди, мам, я…
– Нет, я больше не могу говорить. Мы почти в аэропорту. Перезвоню позже.
В трубке раздались гудки. Эмми смахнула текущую по подбородку слезу. Она никогда не слышала, чтобы мама так говорила о папе. Как о живом человеке, а не как о воспоминании из прошлого, которое надо забыть.
Эмми вытащила папину шкатулку и долго смотрела на медальоны. Может быть, там есть какой-то ключ, на который она не обратила внимания и который приведёт её к отцу? Но чем больше она смотрела, тем более одинокой себя чувствовала. Эмми понятия не имела, что делать дальше.
Она спустилась в общую комнату и увидела Натали и Джайю.
– Эй! – позвала Эмми. – Подождите!
Девочки обернулись.
– Вы куда? – спросила Эмми.
– Нам надо встретиться с партнёрами по лаборатории и закончить доклад по химии, – сказала Джайя. – Может быть, поговорим позже?
– Конечно. – Эмми отвернулась и вздохнула.
В общей комнате было не так уж много людей, которых она хорошо знала, кроме Джека и Лолы. Наконец она подошла к их столу. Она по-прежнему сердилась на Лолу, но лучше уж сидеть с ней и Джеком, чем одной в своей комнате. Эмми села, украдкой взглянула на Лолу и быстро отвернулась.
Джек сидел между ними и рисовал. Он то и дело посматривал на них, громко вздыхал и качал головой.
Эмми сжала губы. Может быть, если заговорить с ним, он перестанет делать эти раздражающие намёки? Она указала на его рисунок.
– Что это?
– У группы Кэйдела концерт через несколько недель, и они попросили меня нарисовать постер.
Эмми пригляделась: постер выглядел просто невероятно. Каждый участник группы был изображён в виде стилизованного силуэта, который словно танцевал на странице.
– Как ты это придумал?
Джек пожал плечами.
– Не знаю. Мне всегда нравилось рисовать.
– Классно! А твой папа разве не имеет отношения к искусству?
Джек не отрывал глаз от рисунка, но его карандаш стал двигаться медленнее, а спина напряглась.
– Он торгует предметами искусства и старины. Музыкальные постеры его не интересуют.
– Но разве он не гордится, что его сын художник?
Джек рассмеялся.
– Гордится? Скорее он чувствует себя униженным. В отличие от торговцев произведениями искусства, художники не зарабатывают много денег. Торговцы зарабатывают, обманывая художников. Поэтому он и чувствует унижение из-за того, что его сын может стать художником.
Эмми поморщилась. Она оглядела комнату и заметила Малкольма с друзьями. Они с Джеком жили в доме Эдмунда и почти не разговаривали.
– Кажется, я не одна, у кого проблемы в семье.
Лола посмотрела на неё.
– Иногда мне кажется, что у меня вовсе нет семьи, – продолжала Эмми.
Джек перестал рисовать и тоже посмотрел на Эмми.
– Но у тебя есть семья!
Эмми опустила голову.
– Правда?
Лола рассмеялась, а потом указала на Джека и на себя.
– Конечно! Это же мы!
Эмми хихикнула и тут же почувствовала, как у неё сжалось горло. Это была правда. Они действительно стали семьёй. Она сглотнула и снова улыбнулась.
– Слушай, – продолжала Лола, – я знаю, что ты всё ещё сердишься на меня, но…
– Нет, ты была права. Я знаю, что похожа на сумасшедшую.
– Ну, не совсем на сумасшедшую, – возразила Лола, – а просто немного чокнутую.
Эмми рассмеялась.
– Может быть. Я просто хочу хоть что-нибудь о нём узнать.
Джек прикусил губу.
– Я уверен, что всё это очень важно, но я видел отметку на твоём тесте по истории, который сегодня вернул Барлоу.
Эмми почувствовала, что краснеет. Прежде она никогда не получала таких низких оценок.
– Это был всего лишь тест.
– Знаю, – сказал Джек. – Но если ты не начнёшь снова выполнять домашние задания, тебя могут выгнать из школы.
Эмми сгорбилась. Это касалось не только истории. Её оценки стали хуже по всем предметам.
– Я просто не могу ни на чём сосредоточиться.
