Эмми посмотрела Ларраби прямо в глаза.
– После его смерти мама уничтожила все его вещи.
– Уничтожила? – На лице Ларраби отразился ужас. – Все его вещи? Письма, сувениры?
– Она от всего этого избавилась. Не хотела, чтобы что-то напоминало ей о случившемся.
Ларраби покачал головой.
– Должен признать, мне трудно в это поверить.
– Можете спросить её, если хотите, – продолжала Эмми. – Она путешествует, но я могу дать её номер телефона. – Эмми не думала, что Ларраби свяжется с её матерью, но если это всё же случится, мама подтвердит её историю. Это была правда. Почти. Мама избавилась от всех папиных вещей. Просто потом Эмми удалось кое-что найти.
– Значит, у тебя нет ничего, что принадлежало ему?
Сердце Эмми забилось быстрее. Ей стоит быть осторожной.
– Я уже сказала, что мама уничтожила все его вещи.
Плечи Ларраби поникли.
– Как жаль. – Он встал и отошёл в сторону.
– Не знаю, следует ли тебе продолжать ходить туда, – сказал Джек, когда Эмми рассказала ему и Лоле о случившемся. – Вероятно, Ларраби продолжит задавать вопросы. Что, если ты проболтаешься? Что, если он поймёт, что шкатулка у тебя?
– Он прав. – Лола подвинулась поближе. – Сейчас он считает, что шкатулки не может быть только в одном месте – в твоей комнате. Если он ищет именно её, то продолжит задавать вопросы, пока не узнает, где она.
Эмми смахнула с волос капли дождя.
– Я думаю, это он в конце концов проболтается. Он что-то знает о моём отце. Иначе зачем он задаёт все эти вопросы? Это мой шанс узнать побольше.
Следующие несколько недель Ларраби задавал всё больше и больше вопросов. Кем работал её отец? Нет ли в их доме тайных коридоров и комнат? Ларраби не пытался задавать вопросы незаметно, и Эмми устала придумывать ничего не значащие ответы. Она с трудом могла заснуть и сосредоточиться на уроках. В конце концов Ларраби должен был проболтаться. Может быть, ей попробовать подслушать под дверью его кабинета?
Эмми потёрла глаза, направляясь к кабинету истории. Ещё несколько дней. Она была уверена, что близка к разгадке. Ей надо продержаться ещё несколько дней, и Ларраби в конце концов сдастся.
Когда она подошла к классу, Джек и Лола уже стояли у дверей с другими учениками.
– Заперто, – сказала Лола.
Джек посмотрел на часы.
– Барлоу опаздывает.
– Наконец-то научился различать время, Жаклин? – раздался насмешливый голос. Эмми застыла. К ним шёл Бринн. – Когда мы были соседями по комнате, ты не умел даже завязывать шнурки.
Джек отвёл взгляд.
– Не обращай на него внимания, – громко сказала Лола.
– Верно, – ответил Бринн. Его глаза блестели. – Я и забыл, что ты нанял сторожевую собаку.
Виктория хихикнула, а Лола шепнула Бринну такое, что не осмелилась бы произнести, будь поблизости её мама.
– Спокойствие, только спокойствие, дорогая кузина. Наверное, твои манеры достались тебе от матери. Неудивительно, что дедушка лишил вас наследства. Думаю, в каждой семье есть отростки, которые следует искоренять, чтобы они не уничтожили семейное древо. К счастью, мы избавились от твоей мамы, иначе она бы отравила всю семью.
Лола кинулась на Бринна, но Эмми и Джек схватили её за плечи и удержали.
– Он этого не стоит, Лола, – сказал Джек. – Забудь!
– Да, он хочет, чтобы тебя исключили, – добавила Эмми. – Такой жалкий!
– И рыжая тоже участвует в потасовке, – заметил Бринн.
– Осторожнее, Эммелин, – с ухмылкой сказала Виктория. – Разве твоя мамочка не эксперт по воспитанию детей? Она бы не хотела, чтобы ты сказала что-то такое, что её опозорит.
– Откуда у тебя такие рыжие волосы? – спросил Бринн. – Наверное, от твоего отца-неудачника? Неудивительно, что твоя мама его стыдится.
Всё случилось в мгновение ока: Эмми выпустила Лолу, сделала шаг назад и ударила Бринна по лицу. Он согнулся пополам, прижимая руку к глазу, и застонал, как раненое животное.
– Замолчи! – Эмми снова ринулась на Бринна. Джек и Лола успели схватить её, и она изо всех сил пыталась вырваться. Что-то сломалось у неё внутри.
– Мисс Уиллик! – крикнул кто-то в конце коридора. Сердце Эмми замерло. Пришёл мистер Барлоу. – Что здесь происходит? – спросил он, быстро проходя сквозь толпу учеников.
Эмми перестала сопротивляться. Внутри у неё по-прежнему полыхал гнев, постепенно уступая место другим чувствам. Шоку. Панике. Раскаянию. Она кого-то ударила. По лицу.
– Итак? – повторил Барлоу.
Эмми открыла рот, но не могла произнести ни слова. Её язык словно превратился в кусок свинца.
– Она напала на меня безо всякой причины, сэр, – прохрипел Бринн, по-прежнему зажимая глаз рукой.
Мистер Барлоу сердито взглянул на Бринна.
– Сомневаюсь, что это произошло без причины, мистер Стрэттон, однако для драки в школьном коридоре нет никаких оправданий. – Барлоу отпер дверь. – Тебе нужно к медсестре?
Бринн зло посмотрел на Эмми и покачал головой.
– Отлично, – сказал Барлоу. – Заходите в класс. Мисс Уиллик, с вами мы поговорим после урока.
