Магазинчик был маленький и переполненный людьми, разбиравшими субботние газеты, и я решила предоставить действовать Фиби. Казалось, она заняла бóльшую часть пространства, возвышаясь над хрупкими полками, уставленными коробками с кашами и плитками шоколада. Я видела, как она разговаривает с молодым человеком, стоящим за прилавком. Моя сестра размахивала руками, и после особо патетического жеста лампа неонового света начала раскачиваться. Молодой человек несколько раз кивнул, затем покачал головой и указал на свою напарницу. Это была пожилая женщина. На ней был шарф, украшенный узором «пейсли». Она сжимала в руках маленькую коробочку с чайными пакетиками. Я заметила на лице Фиби слегка натянутую улыбку, когда пожилая женщина кивнула ей, разрешая задать вопрос, а затем нетерпеливо махнула рукой, прося повторить. Фиби вытащила фотографию, и женщина наклонилась, чтобы рассмотреть ее, словно была близорука. Мне стало смешно. Даже отсюда было видно, что Фиби разрывается от нетерпения. Я стала перемещаться в сторону, пока не вышла на улицу.
В этом месте, где было так свежо, солнечно и так вкусно пахло морем, которое видело, как моя мать вышла в гавань сорок два года тому назад, заблудиться было не так уж и страшно. Здесь не было Грейс, которая нетерпеливо ждала моего возвращения, и я могла улететь с ветром куда угодно, делать что угодно, я могла
Внезапно я вспомнила кое-что еще, о господи, кое-что, о чем я совершенно забыла, кое-что, что означало — о, нет! — что мой добрый друг, который абсолютно не заслуживал того, чтобы я его игнорировала, сейчас ждет меня перед «идеальным зданием» вместе с продавцом. Господи, как я могла об этом забыть? Я выудила телефон из сумки, чувствуя, что мое лицо заливает краска, и увидела пропущенные звонки. У меня почему-то совершенно вылетело из головы, что я собиралась ему позвонить, что я
— Эдди! — В ароматный утренний воздух ворвался голос Эндрю, который он повысил, перекрикивая шум транспорта. — Ты уже подъезжаешь? Продавец говорит, что в одиннадцать к нему придет еще один человек, и мы ждем только тебя.
— Э-э, Эндрю, нет, знаешь… Мне ужасно, ужасно жаль, — начала я.
— Ты можешь говорить громче? Я тебя не слышу! — заорал он в телефон.
— Дело в том, что… Извини меня, Эндрю. Я не в Лондоне. Я не приду.
— Что? Давай поговорим, когда ты придешь, ладно?
— Я не в Лондоне, — очень громко сказала я. — Мне ужасно жаль, Эндрю. Пожалуйста, не нужно меня ненавидеть. Я не приду.
Последовала пауза, затем он озадаченно хмыкнул.
— Слушай, Эдди, я думал, что мы… Где же ты в таком случае? Мне следует назначить новую встречу?
Я представила, как он стоит на боковой улочке в Кенсингтоне, растерянно проводя руками по волосам, как делает всегда, когда пытается сохранять спокойствие. Я съехала вниз по стене, чувствуя, как меня снова захлестывает чувство вины.
— Я должна была сказать тебе об этом, — произнесла я, а затем, торопливо, пока не успела испугаться, добавила: — Я ушла от Грейс.
— Уже? Ух ты, круто! Значит, поспеши и…
— Но я не могу начать бизнес вместе с тобой, Эндрю. Мне ужасно жаль.
— Брось, Эдди, все уже устроилось, и я подумал…
— Я все объясню тебе завтра, ладно? Ты меня поймешь, Эндрю. Мне
— Да какая, черт возьми, разница?
И он нажал «отбой», не сказав больше ни слова, а я обмякла, прислонясь к стене и пристыженно опустив голову. Очарование этого солнечного утра было для меня потеряно. Почему, ради всего святого, я не взяла себя в руки и не сказала ему обо всем сразу? Вместо этого я смущалась, мямлила и как всегда соглашалась с ним, надеясь, что все как-нибудь утрясется.
Фиби продолжала разговаривать в магазине. Женщина в большой красной шляпе с широкими полями протиснулась мимо нее, торопясь уйти. Пытаясь открыть дверь, пожилая леди принялась жонглировать сумками, и я бросилась вперед, чтобы ей помочь, однако продавец опередил меня.
— До свидания, миссис Синклер. — Он открыл дверь и поклонился. — До завтра.
Женщина, которую он назвал «миссис Синклер», подняла голову и с благодарностью улыбнулась ему. Ее шляпа затрепетала на ветру. Лицо пожилой леди было испещрено сетью морщин, однако взгляд темно-синих глаз был ясным, а шаги, когда она удалилась вниз по улице, — уверенными.
— Я могу вам чем-то помочь? — спросил меня продавец, немного недоверчиво глядя на мое красное лицо и растрепанные волосы.
— Нет, спасибо. — Я спрятала телефон в карман.
Ярко-красная шляпа снова оказалась у меня в поле зрения, мелькнув дальше по улице, ведущей к утесам, вплыла по ступенькам на самый верх и свернула в сторону прибрежной тропы. За моей спиной опять звякнула дверь магазина, и оттуда вышла Фиби, сжимая в руках пакет со сконами и две бутылки «Колы». Вид у нее был отнюдь не довольный.
— Ну что? — Я взяла у нее сконы.
— Ничего, — произнесла она, открывая бутылку «Колы».
