— Почему ты допустил, чтобы испытание нашего перехватчика было произведено не по мишени? — вперил он в меня свой тяжелый взгляд.
Неуютно стало. Особенно с учетом того, что решение о сбитии спутника вероятного противника принимал не я. О чем тут же и сказал.
— Приказ об атаке британского спутника был принят полковником Ивановым. Меня в этот момент в центре управления полетами не было, и повлиять на смену цели я никак не мог.
— То есть, виновато ведомство Лаврентия Павловича? — задумчиво протянул Сталин.
— Фактически, полковник взял на себя эту ответственность, — кивнул я. — Но думаю, нам его инициатива даже на руку.
— Вот как? — удивился вождь. — Поясни.
— Я уже говорил, что в Европе все сильнее раздаются голоса о том, что наше технологическое превосходство в космосе — результат «кражи» разработок Третьего Рейха, что в корне не верно. И появление нашего спутника-перехватчика, который британцы так ловко разрекламировали на весь мир, нам на руку. Получается, мы превзошли Запад в той сфере, в которой они нас обвиняют. И еще один момент — на Западе уважают только силу. Никто не будет с нами считаться, как это было до второй мировой войны, если не будет опасений получить ответный удар. И эту силу необходимо периодически показывать снова и снова, чтобы не возникло у противника иллюзий, будто мы ослабли. Наша способность и главное — решимость уничтожить врага в любой точке пространства, как раз являются проявлением такой силы. Мало иметь мощное оружие. Надо чтобы была и храбрость его применить.
Сталин после моих слов замолчал и встал из-за стола. После чего принялся ходить по кабинету, заложив руки за спину. Я не мешал ему обдумывать мой ответ. Только что, если Иосиф Виссарионович примет мою точку зрения, я спас полковника Иванова от крупных неприятностей. А Лаврентия Павловича — от выволочки от генерального секретаря. Заодно и отношения с Берией не испорчу. Мне врагов и без него в Кремле хватает.
— Хорошо, — прервал тишину товарищ Сталин. — И что вы предлагаете сделать дальше? Пускать ситуацию на самотек никак нельзя.
— Абсолютно с вами согласен. Но тут все очевидно — нужно предложить британцам и всем остальным странам договор об освоении космоса и работе в космическом пространстве. То, что я предлагал и раньше. Пускай извещают нас о своих стартах и какие спутники они собираются запускать. Все, что будет не промаркировано — наша законная цель на уничтожение. Если у нас возникнут подозрения, что спутник осуществляет шпионскую деятельность, то он либо будет нами сбит, либо обязан при возвращении на Землю осматриваться и нашими специалистами. Потому что сейчас иным способом получить снимки нашей территории из космоса невозможно.
— Англичане на это не пойдут, — усмехнулся товарищ Сталин.
— Зато у нас будет железный аргумент против их обвинений в агрессии, — пожал я плечами.
— Хорошо, Сергей. Я тебя услышал. Пускай теперь наш наркомат индел поработает.
Сразу после моего разговора с товарищем Сталиным последовал и ответ наших дипломатов — стремительный и жесткий. От имени Кремля было сделано заявление, что случившееся — вполне закономерный итог. Как я и предложил Иосифу Виссарионовичу, наш представитель в Лиге Наций в ответ на выпады британской стороны заявил, что эта британская машина вообще не имела необходимых опознавательных знаков, отчего была воспринята службами контроля за воздушным пространством как потенциальная угроза миру и стабильности всей планетарной системы.
Однако больше всего внимание всего мира привлекло другое наше заявление: о разработке новейшей оборонительной системы, предназначенной для отражения любых попыток агрессии в бескрайних просторах Вселенной. Именно отработка такой системы и послужила поводом для ликвидации вражеского объекта.
«Нашим военным командованием был дан приказ ликвидировать неизвестный предмет, обнаружившийся поблизости наших собственных спутников и угрожавший благополучию важнейших национальных проектов,» — объяснил представитель наркомата обороны СССР.
Британия получила болезненный «щелчок по носу».
После заявленных англичанами обвинений и жестком дипломатическом отпоре со стороны СССР, ситуация подвисла в воздухе. Вариант выхода предложил наш представитель в Лиге Наций — создать документ, в котором бы прописывались нормы использования космического пространства, меры по предотвращению подобных произошедшему инцидентам, какое наказание ждет нарушителя договора и последним был включен пункт об ответственности за космический мусор на орбите. Это было сделано, чтобы «легализовать» наши перехватчики. Да, в текущем виде они в качестве «космических дворников» работать не смогут, но вот в будущем… Переделать спутник под возможность сближаться с объектом и сводить его с орбиты очень соблазнительна. По факту — тот же перехватчик, ведь и обычный вражеский спутник можно назвать «мусором» и свести его с траектории полета. Особенно если такой спутник-шпион не будет никак зарегистрирован.
Но это был далеко не последний «щелчок».
