Совещание Политбюро проходило по обычному регламенту. На этот раз мы собрались, чтобы обсудить важнейший вопрос современности — освоение космического пространства. За окном октябрьские дожди стучали по стеклам, внутри же кабинета царила атмосфера сосредоточенности и ответственности.
За столом состав не особо поменялся за последние полгода. «Чистки» в политбюро после внедрения ЭВМ в жизнь наркоматов постепенно прекратились. Те, кто пришел на смену не оправдавшим доверия товарища Сталина и партии, учли ошибки предшественников и освоились с использованием новой техники в работе их ведомств.
Председателем был как обычно Иосиф Сталин. Рядом с ним сидели «мастодонты» Политбюро — Молотов, Берия, Ворошилов, Каганович. Среди присутствующих выделялись лишь «новички» — Захаров, Первухин и Косыгин. До этого они были кандидатами, а после чисток получили резкое повышение.
Стол был украшен картами, схемами и чертежами ракетных конструкций. В связи с темой заседания, все ждали моего выступления. Моей задачей являлось представить отчет о текущем состоянии дел и перспективах развития программы космических исследований. Прокашлявшись, я приступил к докладу:
— Товарищи, уважаемые члены Политбюро! Первый успешный запуск ракеты с живым существом на борту — нашей верной спутницей Звездочкой — стал огромным шагом вперед. Однако теперь перед нами встает новая амбициозная цель — пилотируемый полет человека в космос. Эта миссия требует особой осторожности и тщательной подготовки.
В зале стоит тишина, все взгляды устремлены на меня. Дела идут непросто: наша наука и техника развиваются слишком стремительно благодаря усилиям талантливых ученых и конструкторов, и бюрократия просто не успевает за внедрением новинок. Как итог — заказанные детали для новейших ракет лежат на складе, тогда как на полигон из-за путаницы в накладных приходят еще старые образцы. Но все это — текущие проблемы, которые вполне решаемы. Перед нами стоял иной вызов, о котором я тут же и сообщил.
— Мы знаем, что Европа готовится бросить нам вызов. Британцы совместно с немцами планируют запустить свой аппарат с собакой на борту уже в конце текущего года, а затем и первый пилотируемый полет — в следующем году. Но у них серьезные проблемы: их конструкция недостаточно надежна, испытания проводятся поспешно, многие технические вопросы остаются нерешенными.
Вопрос Сталина звучит неожиданно резко:
— А мы сможем опередить их?
Ответ мне дается легко и ясно:
— Шансы есть, товарищ Сталин. Наши результаты в области космических технологий позволяют рассчитывать на успех. К настоящему моменту мы провели уже четыре успешных запуска животных, однако общественности сообщили лишь о втором — о той самой Звездочке. Эти эксперименты подтвердили надежность конструкции и позволили накопить ценный опыт. Но спешить в таком деле все же не стоит. Если мы не вернем человека, это может подорвать доверие к нашей технике и негативно сказаться на всей программе. И я не верю в успех европейцев. Даже если они в следующем году попытаются запустить человека в космос, вероятность взрыва их ракеты или неполадок при посадке корабля чрезвычайно велика. Но пусть даже им во всем будет сопутствовать невероятная удача — повторить успешный полет в ближайшее время у них вряд ли выйдет. А вот мы с отлаженной ракетой и кораблем сможем запускать человека на орбиту хоть каждый месяц.
Зал снова погрузился в молчание. Все понимали значимость момента. Решаются судьбы миллионов людей, будущее мировой науки и техники. Наконец, после короткого перешептывания, было принято решение:
— Политбюро считает необходимым продолжить работу над проектом спокойно и тщательно, не форсируя события. Главное — обеспечить безопасность экипажа и техническую готовность аппарата.
Я облегченно выдохнул. Была опаска, что успехи нынешнего года и вызов от Британии «сорвет» членам политбюро башню. Но благоразумие возобладало.
Звонкий гудок возвестил начало рабочего дня на швейной фабрике. Среди привычных шорохов ткани и стука машин раздался неожиданный звук — мелодичный звонок, похожий на трель птицы. Все головы мгновенно повернулись в сторону мастера смены Людмилы Ильиничны, известной своей ответственностью и аккуратностью.
— Что это такое⁈ — воскликнула одна из работниц, первая осознавшая необычность ситуации.
Из сумочки Люда извлекла предмет, поразивший воображение окружающих. Черный, тяжелый, напоминающий кирпич, но оснащенный небольшой выдвижной антенной, этот аппарат выглядел странно и загадочно одновременно.
— Телефон… — ответила Люда с улыбкой гордости и удовлетворения.
Рабочие замерли в изумлении. Телефоны были редкостью и принадлежали лишь избранным, обычно располагаясь в кабинетах начальства или государственных учреждений. Но этот экземпляр был особенным — личным мобильным телефоном, доступным буквально на ладони.
— Вы можете говорить прямо отсюда? — недоверчиво спросила одна из мастериц.
— Конечно могу, — спокойно ответила Люда, нажав кнопку вызова. — Алло, дорогой?
