Без толку. Дориана и Мадлену, опутанных незримыми нитями, словно защищал невидимый купол и безграничная сила древнего эльмара. В одиночку Себастиану нечего было ему противопоставить – абсолютно, совершенно нечего. А блондинка меж тем угасала, неотвратимо и стремительно.
Тьерд!
Видя, как сын утирает выступившую на губах кровь, Дориан усмехнулся – пустым, равнодушным смешком.
– Слабак. Ты знаешь, что нужно делать.
Нет, нет, нет!
Но Себастиан… послушался. Пошатываясь, он подошел к жене и резким движением чиркнул ногтями по своему запястью. На пол закапала кровь – живительная кровь эльмара, способная восстановить тело и пробудить спящую внутри магию. Только она могла спасти Мадлену, позволив сопротивляться поглощению.
Словно преодолевая немыслимой силы сопротивление, старший сын Леконта приложил окровавленную руку к распахнутым губам жены.
Ритуал замкнулся.
Мадлена вздрогнула. Хрупкое тело выгнулось дугой, зажатое между невидимыми тисками отца и сына.
И если Дориан забирал из невестки силу, то Себастиан отдавал – щедро и без остатка. Отдавал – ровно для того, чтобы ее тут же забрал отец. И еще немного сверху, постепенно расширяя и расширяя канал передачи жизненной силы.
«Если прежде силы забрать самое дорогое, что есть у живого существа, – вспомнились мне слова из сожженного трактата, – выпить самое чистое, самое светлое, к чему тянется сущность любой живой твари, можно и эльмара заставить распахнуть и отдать собственную душу. Это сделает его беззащитным и позволит выпивающему забрать желаемое, ибо поглощенная сила эльмара дает здоровье и силу, возвращает молодость и даже побеждает смерть».
Самое чистое, самое светлое…
Любовь.
Именно она заставляла Себастиана – а до него Флориана – не сдаваться, пытаясь вырвать любимую из лап отца. И она же позволяла Дориану заполучить желаемое.
«Любовь… убивает».
Так вот о чем предупреждал неведомый автор, изучавший черную сущность эльмаров!
Меня передернуло.
Не зная, что еще можно сделать, я развернулась к Сандрин и резко встряхнула женщину за плечи.
– Помогите ему!
Она отмахнулась, вывернувшись из-под моих ладоней. Взгляд эльмарки, точно завороженный, следил за Себастианом, Дорианом и Мадленой. Троица не обращала внимания на окружающее, что фактически развязывало нам руки.
Но Сандрин, послушная дочь своей семьи, даже так отказывалась сопротивляться.
– Бесполезно.
– Попробуйте! Неужели вы не понимаете, что ваш брат и ваша невестка погибнут? Прошу! Вдвоем у вас будет больше шансов…
Сандрин поморщилась, как от зубной боли, и качнула головой.
– Если ритуал начался, остановить его практически невозможно.
– Откуда вы знаете?
– Знаю, – просто ответила эльмарка. – Себастиан…
– Тогда вызовите Совет эльмаров! – зашла я с другой стороны. – Неужели они не смогут помочь?
Мне показалось, будто Сандрин поколебалась, и я мгновенно усилила нажим. И без того шансы прервать ритуал таяли с каждой секундой.
– Прошу вас! Бежим отсюда, пока есть возможность! Надо связаться с Советом. Если вы продолжите бездействовать, ваш отец закончит с вашим братом, а потом убьет и вас, и меня. Разве этого вы хотите? Сделайте хоть что-нибудь! Мадемуазель Сандрин!
Я встряхнула ее еще раз, прилагая все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы вывести эльмарку из транса, в который вогнал ее приказ Дориана. И даже готова была хлестнуть по щекам, но в самый последний момент она зло перехватила мою руку.
– По команде готовься бежать за мной, – едва слышно прошептала эльмарка. Я кивнула. – Три, два…
Мы вскочили на ноги одновременно. Сандрин чуть впереди, я сзади. С невероятной прытью она в три шага достигла дверей и, немыслимо извернувшись, одним ударом ноги вынесла их в коридор. Охранники не успели даже обернуться, как на их плечи опустились ладони эльмарки. Короткий приказ – и мужчины обмякли.
Это мой шанс!
Но стоило мне подобраться к дверям, как плечи и запястье перехватили чужие руки. Подчиняясь старому приказу, оставшиеся слуги бросились на меня, буквально повалив с ног.
Сандрин, уже одной ногой стоявшая на лестнице, ведущей на первый этаж, взволнованно обернулась.
– Кайя?
– Беги, – прохрипела я, придавленная к полу грузной служанкой. – Сначала Совет.
«И разыщи Адриана», – чуть было не добавила, но вовремя прикусила язык.
Нет, не нужно.
Эльмарка кивнула и пропала из виду.
Я боролась стойко и самозабвенно – вырывалась, кусалась, царапалась и всячески пыталась освободиться из рук удерживавшей меня прислуги. А рядом происходила другая, незримая борьба между Дорианом и Себастианом за жизнь Мадлены. Старший сын Леконта проигрывал – я видела, как неудержимо иссыхает блондинка, превращаясь в пустую оболочку, так похожую на Эмму и Дель, а на напряженном, покрытом испариной лице Себастиана медленно проступают жуткие черные вены. Старший сын Леконта уже почти не сопротивлялся, да и Мадлена едва стояла на ногах.
Казалось, еще немного – и все закончится. Обезображенное черными венами тело рухнет на пол котельной, а древний эльмар, могущественный и безумный, восторжествует, получив силу очередного потомка.
