– Эти униженные и оскобленные станут для вас достойной заменой этому слабоумному стаду, – уверила Неамару Лимантрэ.
– Но… как ты все это организуешь? – озадачилась демонесса. – Как все эти женщины, заточенные в городе, смогут из него выбраться? Да и еще в таком количестве?
– Мы давно продумали план на случай вынужденной экстренной миграции. Подземные шахты, – заявила Лимантрэ. – Они уже давно не используются для добычи ископаемых. По всему Огстарду есть множество входов в эти шахты, поэтому быкам будет сложно отследить исчезновения женщин. Тоннели выводят далеко за границы города. Все получится.
– Вот только за кем эти девы пойдут, если собственными глазами видели твою гибель? – спросила ее демонесса.
– Твой говорящий ворон, – обратилась Лимантрэ к Америусу. – Могу я попросить его исполнить мое поручение?
Эльф кивнул, и Вейл тут же слетел с его руки, чтобы приземлиться на ближайший высокий камень:
– К вашим услугам, госпожа!
Лимантрэ подошла к нему поближе:
– Помнишь, где находится «Сдоба и мясо»?
Вейл утвердительно каркнул.
– А Онтру, хозяйку заведения? Отлично, тогда запоминай…
Америус, отойдя в сторону, осторожно подкрался к Иандаэлю и полушепотом спросил:
– Я все больше склоняюсь к версии, что Узмир и был первородным грехом Гнева. Ведь так?
– Верно. – Ангел слегка улыбнулся.
– Как же звучал его приговор? – не мог сдержать своего любопытства маг.
Соратники, подслушивающие их разговор, умолкли. Тогда Иандаэль произнес:
– Да будешь ты скитаться в обличье зверя, пока неистовая ярость не поглотит тебя и все вокруг.
– Грибы в медовой глазури на шпажках просто объедение! Давно я так не восторгался едой.
Америус и Неамара возвращались после позднего ужина, на который они всем отрядом успели забежать в самые последние минуты перед закрытием «Лакомого куска». Бастион свободы погрузился в сон. Лишь в нескольких окнах подрагивал тусклый свет.
– Ты просто любишь все сладкое, – улыбнулась Неамара.
– Есть такой грешок за мной, – смущенно согласился эльф и резко воскликнул, будто только что прозрел: – Вот поэтому меня всегда так манил твой запах! Эти ноты… напоминают традиционный демефисский торт, чьи коржи вымочены в цветочном сиропе, первеливис и…
– Ларминиум, – подсказала Неамара.
– Да… точно, – обрадовался эльф, вскинув указательный палец. – Он самый.
Над одной из горных вершин Бастиона ярко сверкнула молния. Они по привычке умолкли, ожидая, что следом за вспышкой последует оглушительный гром. Как только он стих, демонесса заговорила:
– Завтра состоится наша последняя вылазка – Ядовитые болота.
– Шива от мысли о походе в родные земли готова себя искусать.
– И я ее понимаю. Договориться с горгонами… тут и божественного вмешательства будет недостаточно.
– Но как все неплохо у нас сложилось, – заметил Америус воодушевленно. – Могла бы ты подумать еще несколько дней назад, что мы заручимся помощью нескольких френзисских группировок, Черных вдов и воительниц Гнева под предводительством Лимантрэ?
– Нет, – закачала головой Неамара, – конечно нет.
– Глядишь, и сопротивление разрастется до масштабов войск Гордыни. Как удачно выразился Деос, описывая наши методы вербовки: «С миру по нитке». Так и нагребем необходимое количество со всех углов Темных владений.
Впереди зашумел гейзер, значит, они подходили к условному центру Бастиона свободы. Америус притормозил. Тут их дороги расходились.
– Неамара, – неуверенно начал он. – Знаю, время уже позднее и мы все страшно устали, но я бы хотел пригласить тебя к себе ненадолго. Ты… только не подумай ничего плохого. Тут нет никакого скрытого подтекста, все…
– Америус, выдохни, – остановила поток его оправданий демонесса.
Он нахмурился, осознавая собственную нелепость:
– Да… В общем, я хотел показать тебе свой дом. Ты же там еще ни разу не была.
– Иандаэль сегодня вообще не вернется?
Некромант кивнул:
– Он улетел подлатать крыло. Сказал ждать его к следующему дню. Представляешь, моя магия его может только покалечить!
– Вполне логично, ведь она темная.
– Я понимаю, просто… Все равно непривычно, – произнес он, потирая слегка озябшие руки. – Ну, так ты…
– Я принимаю твое приглашение, – помогла ему Неамара и сразу предупредила: – Ненадолго, как ты и предложил. Хочу поскорее привести себя в порядок.
– Очень рад, – выдохнул эльф. – Идем, тут недалеко.
Америус увлек демонессу налево. У его жилища, вытесанного прямо в горе, помигивали два неисправных подвесных фонаря, висевшие под навесом над крыльцом.
– Уже по этим фиолетовым вспышкам могу точно сказать, где ты живешь, – с ухмылкой произнесла Неамара.
– Что ж такое, опять! – рассерженно воскликнул маг. – Барахлят в последнее время. Надо будет их почистить.
Америус взмахнул посохом и произнес короткое заклинание на эльфийском. Фонари потухли. Он повернулся к Неамаре, чтобы объяснить, откуда здесь магические светильники, столь редкие в этих местах.
– Хотелось иметь хоть что-то напоминающее о родине, понимаешь? Чтобы не забывать, откуда корни растут. Тут очень просто забыть о своей греховной принадлежности. – Он уже отпер дверь и теперь приглашал ее войти внутрь.
