Сюрреализм затевавшейся наступательной авантюры подкрепляется делопроизводственной документацией белых. Чего стоит указание из журнала военных действий Сибирской армии, в котором накануне наступления, 28 февраля, отмечалось, что в резерве армии нет ни одного батальона, левый фланг армии в поставленных задачах не совпадает с разграничительной линией между Сибирской и Западной армиями, а между двумя армиями имеется разрыв, пользуясь которым красные могут беспрепятственно наступать[851].
Еще удивительнее то, что в начале наступления, 4 марта 1919 г., части III Степного корпуса Сибирской армии по причине недостатка патронов были вынуждены оставить ряд пунктов с большими потерями[852]. Похожая ситуация сложилась и в Средне-Сибирском корпусе, где не хватало патронов и снарядов. Перейдя в наступление, части Средне-Сибирского корпуса 5 марта 1919 г. всюду встречали укрепленные позиции и превосходящие части красных, причем превосходство противника ощущалось во всем – в артиллерии, боеприпасах и даже в коннице[853], несмотря на то, что казачество выступало на стороне белых. По донесению командира Средне-Сибирского корпуса, начавшееся наступление встретило «небывалое до сих пор сопротивление красных, которые переходят сами в контратаки. Артиллерия противника и пулеметы наносят нам громадные потери. Барабинский полк за день боя под заводом Андреевским потерял всех пулеметчиков и во многих ротах всех офицеров… С офицерами дело критически. Длина фронта невозможна. Прошу два миллиона патронов и обеспечение левого фланга быстрым выдвижением частей третьего корпуса…»[854] Подобные коллизии в первые же дни наступления отнюдь не свидетельствуют в пользу подготовленности операции.
В журнале военных действий Сибирской армии 6 марта отмечалось, что армия перешла в наступление по всему фронту, но «противник по всей линии оказывает упорное сопротивление и развивает ураганный артиллерийский, пулеметный и винтовочный огонь»[855].
С самого начала наступление развивалось не по намеченному плану. Некоторые наиболее вопиющие ошибки и дезорганизация в управлении войсками были очевидны даже простым офицерам и солдатам и подрывали их веру в командование. Это и не удивительно, если учесть, что даже не во всех корпусных штабах было известно о замысле предстоявшего наступления[856]. Части Западной армии влезли в полосу наступления Сибирской армии, причем подразделения двух армий отказывались помогать друг другу – сразу наметилась проблема плохого взаимодействия соседних армий, усугублявшегося соперничеством военачальников. Командующий Отдельной Оренбургской армией генерал А.И. Дутов в ответ на просьбы о присылке двух казачьих полков в Сибирскую армию потребовал взамен хорошо вооруженный пехотный полк с пулеметами[857], то есть фактически вместо помощи начал торговаться.
В первые же дни наступления Сибирская армия стала нести тяжелые потери. Командир Сводного корпуса в начале марта ходатайствовал об отводе в тыл 3-й Иркутской дивизии ввиду того, что «дивизия имеет в полках по сто – сто пятьдесят штыков, совершенно изнуренных, раздетых, отупевших от бессменной шестимесячной работы на фронте, пулеметы не действуют ввиду выбытия из строя номеров, команд разведчиков и лыжников нет»[858]. На смену 9 марта была выдвинута 7-я Сибирская дивизия. По причине острой нехватки боеприпасов войскам приходилось ходить в штыковые атаки.
Первоначально белые действовали довольно успешно. На фронте правофланговой Сибирской армии 7 марта был взят Оханск, на следующий день – Оса. 13 марта белыми была взята Уфа, причем, по некоторым данным, в плен тогда едва не попал сам председатель РВСР Л.Д. Троцкий. Уже 17 марта лыжники Сибирской армии установили связь с Северным фронтом белых в Усть-Цильме[859]. Наконец, 18 марта на левом фланге Восточного фронта началось одновременное наступление частей Южной группы Западной армии и Отдельной Оренбургской армии, которые к двадцатым числам апреля вышли на подступы к Оренбургу, но увязли в попытках овладеть городом. 22 марта Западная армия заняла Мензелинск, 5 апреля – Стерлитамак, 7 апреля – Белебей, 10 апреля – Бугульму и 15 апреля – Бугуруслан. Сибирская и Западная армии нанесли тяжелые удары по 2-й и 5-й армиям красных.
