И пошла не скучать по особняку. Провела ревизию закупок и запасов за последний месяц. По поводу прошлого месяца решила не расстраиваться. Тогда нэрр-герцог ещё не знал, что жизнь его так круто изменится, и потому мог позволить себе лишнее.
Но я его прощаю.
А вот экономку, хитрую ми Иде, не простила. Я понимаю, все хотят жить хорошо. Но нужно же как-то соотносить аппетиты?! Я подготовила убедительно-обвинительную речь, но Рауль вернулся вечером такой счастливый, его глаза сверкали таким азартом и предвкушением, что я решила: денёк эта новость подождёт. Думаю, экономка надеется получить какие-то рекомендации, так что не станет портить и без того удручающую ситуацию.
Мы с мужем устроились в гостиной у камина. Он налил себе в бокал немного заморского вина. Меня от одного вида этого напитка мутило, хотя выглядел он красиво. Оба. И муж, и бокал с вином.
– Ну, рассказывай! Оправдались твои предположения? – Я подставила руку под щеку. – И как, кстати, чувствует себя его величество?
– О-о-о-о! – насмешливо простонал Рауль. – Его величество живее всех живых! Наконец-то он вернулся в форму и принялся гонять всех в хвост и в гриву!
Он сделал глоток из бокала.
– Эрик очень хотел познакомиться с тобой поближе, когда узнал некоторые нюансы своего спасения… – Здесь супруг сделал многозначительную паузу.
– Ну, не томи! Ты сказал, что я против?
– Я сказал, что я против, – кивнул он. – Ну ладно. Это не главное! Главное другое. Самое интересное, что вся эта история с покушением началась с тебя и закончилась тобой! – Рауль отсалютовал бокалом.
– О Годин! Я-то тут при чём?!
– Давай заглянем чуть-чуть назад, – предложил он. – Епрон не слишком доволен Эриком IV, поскольку монарх наш активно укрепляет государство и прибирает всё больше власти в свои загребущие руки. Поэтому наши соседи задумали заменить его на более управляемого дядю монарха, Олафа. В один из последних презентов государю они вложили «маску Лохи», артефакт, скрывающий истинное лицо владельца. Разумеется, непоседливый Эрик не удержался и стал им пользоваться для контроля за ситуацией в стране. Неузнанный, он посещал таверны, рынки, другие людные места. А чтобы незаметно выйти из дворца, пользовался подземным ходом. Не знаю, как на самом деле его вычислили: может, на артефакт был прикреплён магический маячок, хотя это слишком сложно, или его выслеживали от хода, о котором мог рассказать Олаф. Так или иначе, наши соседи подсунули ему шпионку под видом очаровательной юной особы, которая неожиданно проявила интерес к простому горожанину.
– А на самом деле это был не просто интерес? – констатировала я.
– Да. План был такой: слегка приворожить короля, чтобы он потерял критичность и стал доверять любовнице, и, воспользовавшись подходящей ситуацией, убрать его с доски.
– И где тут я? – снова возмутилась я.
– …И тут появляешься ты! – провозгласил Рауль. – Никто не должен был узнать об этой интриге. Но ты, благодаря своему дару, невольно выдала эту информацию. И вот тут в историю вмешивается новый персонаж. Дело в том, что я слишком сильно доверял Херберту, который имел доступ к моей почте и делам вообще. Поэтому он был в курсе и предполагаемого заговора, и истории с любовницей из твоих уст. Но вычислить короля он тоже не мог. И тут ты снова сыграла роковую роль.
– Что я опять сделала?
– В одном из своих писем ты спрашивала о незаконнорождённых отпрысках и их праве на наследование. Признаться, я тоже подумал о том, что тебе что-то известно о бастарде Эльдбергов.
– Да я про себя!
– Это сейчас я знаю, что ты про себя. А тогда не знал. И Херберт не знал! Он посчитал, что у тебя есть сведения с доказательствами его происхождения. И это был его шанс! Он надеялся, что рано или поздно он получит мой титул. Поэтому он, ми Лотта и, по её наущению, мо Йохан способствовали моим разводам. Вполне возможно, что нападение на Генриетту, ту самую жену, которая носила под сердцем моего ребёнка, было спланировано этой троицей.
Логично. Если весь Драгаард обсуждал мои неприличные дни, то об их исчезновении в замке тоже должны были знать.
– Так вот, – продолжил Рауль, покрутив вино по стенкам бокала. – Херберт счёл, что, если он поможет Олафу взойти на престол, в том числе изолировав меня, тот вознаградит его. Но Херберту был нужен документ, подтверждавший его первородство.
– Подожди! – подскочила я. – Документ от меня требовал Броквист!
– Кстати, почему ты не рассказала о переписке с ним? – Герцог выжидающе смотрел мне в глаза.
– Потому что в случае, если я тебе расскажу, он угрожал тебя убить! А меня подставить в качестве убийцы! И учитывая, как свободно письма проникали в замок, это было ему вполне по силам! – раздражённо ответила я.
– По силам. Но не ему. На самом деле сообщения тебе писал не Броквист. Точнее, он. Но под диктовку Херберта. У меня был документ, который представлял угрозу для ноффа Ларса, просто я не знал всей картины преступления и не смог оценить его значимость. А Херберт догадался и стал шантажировать неуважаемого Броквиста.
