И вот Игорь Коробов сидит перед следователем Толокно и делится с ним своими соображениями относительно кражи у директорской жены кольца с аметистом. Откровенно говоря, Игорь ожидал, что Толокно примется его благодарить за ценные сведения, которые он принес.
Однако первые же слова следователя обдали его холодом.
Строго официальным голосом Толокно объявил:
— Гражданин Коробов! Вы нанесли следствию непоправимый вред. Предупредили возможных преступников о грозящей им опасности и тем самым предоставили время для того, чтобы окончательно замести следы. Неужели вам это неясно?
Следователь набирает номер, звонит.
— Общежитие? Мне нужна Самохина Галина. Что? Выписалась и уехала? А куда? В неизвестном направлении? Так я и думал. Что? Нет, это я не вам. Спасибо.
Толокно положил трубку на рычаги и с холодным гневом уставился на Игоря. Тот сидел, понурившись.
— Была бы моя воля, — продолжал Толокно, — я бы вас за все, что вы натворили, привлек к ответственности. А пока, — он подчеркнул голосом слово «пока», — у меня еще нет для этого достаточных оснований. Но, может быть, появятся. Вы наверняка понадобитесь следствию. Вас вызовут по повестке. Я вынужден вас просить не покидать города.
— А я и не собираюсь отсюда уезжать. Мне здесь нравится, — произнес Игорь, оставляя кабинет негостеприимного следователя.
Буквально через несколько дней Беловежский объявил своему водителю:
— Готовьтесь к командировке. Едем. Заодно повидаем отца.
Пришлось Игорю снова жаловаться на следователя Толокно, который снял подписку о невыезде с Лины Примаковой, но зато лишил права передвижения директорского шофера.
— Они что там, с ума посходили? — раздраженно произнес Беловежский и потянулся к телефонной трубке.
…Накануне отъезда Игорю в гараж позвонил ювелир.
— У меня к вам большая просьба. Срочно нужно навестить дочь, а дом оставить без присмотра боюсь. Не забрались бы! Не могли бы вы несколько дней пожить в сторожке, приглядеть за домом? Я вас отблагодарю.
— А где же ваш помощник?
— Обострение. Лежит в больнице. Ему грозит новая операция.
— А что у него?
— Остеомиелит.
— К сожалению, выручить не смогу. Завтра уезжаю вместе с директором в командировку.
Ювелир вздохнул:
— Ну, чему быть, того не миновать. Ехать нужно позарез. Через час и отбываю.
— Ни пуха ни пера.
— К черту!
После работы Игорь отправился к Примаковым — попрощаться с Линой.
Девушка ему обрадовалась. Усадила за стол, принесла тарелку, доверху наполненную лапшой «по-монастырски» (фирменное примаковское блюдо). Еще раз сбегала на кухню, сунула в тарелку пару котлет.
— Ешьте, ешьте. А потом расскажете, не удалось ли узнать что-нибудь еще. Ну, о том деле…
Игорь почувствовал угрызения совести. После строгого внушения, которое сделал ему следователь Толокно, он на время прекратил розыск похитителей кольца с аметистом. Теперь собственное поведение показалось ему малодушным.
Он поведал Лине о звонке ювелира.
— А вдруг его ограбят сегодня ночью? — высказала она предположение.
— Почему именно сегодня? — удивился он.
— Вы же сами сказали, что за ювелиром следят. В таком случае его отъезд не останется незамеченным. Так? Но поскольку никто не знает, надолго ли он уехал — на день или два, они поспешат забраться в дом этой же ночью. А потом этот ювелир еще и свалит все на вас.
Рассуждения Лины показались Игорю не лишенными логики.
— Может, сообщить в милицию?
— А вы представляете, как рассердится этот Толокно, если мы снова начнем морочить ему голову!
Игорь почесал в затылке.
— Представляю.
— Давайте вот что сделаем, — схватив Игоря за руку своей горячей рукой, предложила Лина, — вместе отправимся к дому ювелира… Если что-нибудь покажется подозрительным, позвоним в милицию. А нет, просто погуляем. Вечер-то какой!
Перспектива провести вечер наедине с Линой обрадовала Игоря. Он тотчас же одобрил ее план, с одной лишь поправкой: он пойдет в гараж и возьмет директорскую «Волгу». С машиной им будет удобнее.
«Волгу» Игорь получил без труда. Стоило только сказать вахтеру: «Приказание Беловежского», и ворота открылись. Было известно, что директор наутро отбывает в командировку, и неурочная поездка его водителя удивления не вызвала.
Однако на Садовой, где жил ювелир, царили тишина и покой. Взявшись за руки, Игорь и Лина несколько раз прошли мимо дома Христофора Кузьмича, чутко прислушиваясь, не раздается ли где звук чужих шагов, не скрипнет ли отворяемый ставень… Нет, ничего.
Некоторое время спустя они вернулись к машине. Игорь не жалел о ночной поездке, хотя она и не дала никаких результатов. Зато Лина была рядом, его ладони еще хранили тепло ее ладоней.
— А вдруг воры заберутся к ювелиру не этой ночью, а следующей? — высказала опасение Лина.
— Мы вот что сейчас сделаем…
Игорь притормозил машину у телефонной будки.
Набрал «02», сказал:
— Просим взять под наблюдение дом номер шесть по Садовой улице. Не исключено, что в ближайшее время кое-кто постарается туда забраться.
— А кто говорит? — спросил дежурный.
— Личный друг следователя Толокно, — ответил Игорь и повесил трубку.
