— Напрасно это вы насчет «личного друга», — сказала Лина. — Подумают, что розыгрыш, и не двинутся с места.
Увы, ее опасения подтвердились. Вернувшийся из командировки Игорь застал Христофора Кузьмича в подавленном состоянии.
— Жаль, очень жаль, что вы, Игорь, не могли выполнить мою просьбу и присмотреть за домом. Ко мне забрались.
Игорь вздохнул:
— Я не мог, вы же знаете. А много ли взяли?
— Кто-то их все-таки, видимо, спугнул. Взяли только зеленый сейф, что лежал на серванте в столовой.
— А-а… Такой зеленый? Фирмы «Остер-Тага»? А что в нем было? Драгоценности?
— Нет. Драгоценностей как раз не было. Я же вам говорил. Только старые бумаги.
Однако горестный вид Христофора Кузьмича, его дрожащий голос никак не соответствовали размерам понесенного урона. Он выглядел так, будто пропало, сгинуло все достояние. Едва переступили порог комнаты, как старик тотчас же опустился в кресло, было видно, что силы покинули его.
— Странно, — в задумчивости произнес Игорь. — И зачем только жуликам понадобилось уносить пустой сейф, если известно, что в мастерской полно драгоценностей? И почему они полезли в гостиную, а не в мастерскую? Потому что окно в гостиной менее укреплено?
— Ерунда. Оба окна укреплены одинаково — решетки и ставни, — ответил ювелир. — Из гостиной попасть в мастерскую еще труднее. Надо возиться с железной дверью.
— Но тогда выходит, что их интересовал именно этот сейф!
— Вы так думаете?! — воскликнул Христофор Кузьмич. На лице у ювелира был испуг.
— А что за бумаги хранились в сейфе, если не секрет?
Ювелир замялся.
— Я вам как-нибудь расскажу на досуге. Это — целая история. Вернее, продолжение той истории с похищенными драгоценностями, которую я однажды вам поведал. Но об этом — в другой раз. Я устал. Извините, но мне надо остаться одному.
Уходя, Игорь не удержался от последнего вопроса:
— Христофор Кузьмич, а в милицию вы заявили о краже?
— В милицию? А зачем? Я же, кажется, сказал вам, что никаких драгоценностей в сейфе не было. Зачем беспокоить людей по пустякам, — ювелир отвел глаза.
Игорь спустился с высокого крыльца. Хотя дело шло к вечеру, солнце еще светило — не ярко, но ласково. В его лучах этот утопающий в садах уголок города выглядел уютным и мирным. Густой охрой отливала остроконечная крыша дома, в стеклах отражались пестрые цвета заката, казалось, будто художник смешал краски на мольберте и замер на мгновение, прежде чем начать задуманную картину, призванную удивить и порадовать мир.
Хорошо бы выяснить: зачем понадобился грабителям маленький зеленый сейф производства немецкой фирмы «Остер-Тага», если учесть, что в этом сейфе не хранилось ничего, кроме старых бумаг, как утверждал ювелир. И есть ли связь между кражей кольца у Медеи Васильевны и похищением сейфа?
Получив телеграмму, сообщающую о неожиданном приезде сына, подполковник в отставке Петр Ипатьевич Беловежский от волнения сунул очки не в кожаный очешник, а в стаканчик для карандашей, хотя в нормальном состоянии никогда бы этого не сделал («вещи, как и люди, должны знать свое место»), резко вскочил со стула и тонким голосом выкрикнул:
— Зина! Рома едет! Зина, где же ты?!
Уже сердясь, что жены, как всегда, нет в нужную минуту под рукой, он вышел из кабинета в коридор и, шаркая спадающими с ног кожаными тапками без пяток, остановился на пороге кухни. Седые кромки бровей дергались от гнева, сухие бескровные губы приняли осуждающее выражение. Весь этот гнев, все это кипевшее в нем в эту минуту раздражение против жены носили чисто внешний, показной характер, и серьезно к этим гневным вспышкам не относились ни он сам, ни его жена. За долгую совместную жизнь они безмолвно, не сговариваясь, пришли к соглашению. Считалось, что у старого служаки Петра Ипатьевича нетерпеливый и вспыльчивый характер, с которым надо, хотя бы для вида, считаться. На самом же деле (это тоже предполагалось членами семьи) старик отходчив, справедлив и в глубине души добр.
— Зина! Где же ты? — еще раз выкрикнул Петр Ипатьевич, но вдруг вспомнил, что вчера ворчливо попенял жене на длительное отсутствие сырников, до которых был большой охотник, и сегодня Зина спозаранку, пока он еще спал, отправилась на поиски творога.
